Онлайн-библиотека книг
Она снова засмеялась, и все присутствующие мужики посмотрели на меня с ненавистью и завистью.
— Нет, правда… — не сдавалась Эля."
"— Мы договорились, что я залезу в номер и обворую толстосума, а потом поделюсь с барменом.
Возможно, так и пришлось бы сделать, не согласись он на рубли.
Мы шарахнули по три коктейля, собранных из шампанского, коньяка, вишнёвого ликёра и ягод, и я всё ждал, когда же наступит продолжение. Но оно не наступало. Время было позднее, и мы засобирались. Вероятно, поедем к ней домой…
Моя спутница ушла в туалет, а я подсчитал чистый убыток и усмехнулся.
— А ты был здесь в номерах? — спросила, вернувшись Эля. — Видел, как они интересно оформлены?
— Нет, но всегда мечтал.
— Правда? — она многообещающе улыбнулась.
— Честное слово.
— У меня здесь одна пациентка работает, и если она на смене, она нам покажет. Пойдём? На тринадцатый этаж.
— Счастливый.
— Точно.
Пациентка оказалась в наличии, но была занята служебными обязанностями и просто дала ключ от свободного номера.
— Посмотрите сами, пожалуйста, а то у меня тут небольшой аврал с комплектами белья.
— Конечно, Наташ, не беспокойся. Мы быстро. Только… хозяева там не заявятся?
— Нет, номер пустой, завтра после обеда будет заселение.
Пузырьки шампанского бурлили в крови, выстреливая лёгкими электрическими разрядами. Мы оба знали, что интерьер нам, скорее всего, понравится, а упругость кроватей, и комфорт ванной комнаты окажутся на недосягаемой для большинства соотечественников высоте.
Элеонора закрыла дверь и повернула ручку замка. Ничего не нужно было говорить, намекать или неловко молчать в томительном ожидании. Слова остались в коридоре, а здесь я сразу приступил к делу. Молча и сильно прижал её к двери, и она глубоко и громко вздохнула, раскрывая губы, чтобы впустить мой язык. Ну что же, ты сама этого хотела, теперь не жалуйся, потому что меня, вероятно, хватит надолго.
Она была похожа на пламя. Сильная и яркая, метущаяся и не знающая пределов. Она обжигала и трепетала, вспыхивала и затихала, проявляя алчность и ненасытность. Не закончив одно, она уже хотела другого, прижимая меня к затвердевшей от неутолимого желания груди.
Она обнимала, горячо шептала мне в ухо, гладила и ерошила волосы на затылке и всхрапывала, как буйволица. А я не давал ей ни секунды покоя, отыгрываясь за то, чему не суждено было сбыться.
