Сокровенная правда (ЛП)

Затем брали оружие и шли на охоту. Иногда, когда охотились на нескольких воров, охота длилась всю ночь. Я лежала в своей постели и слышала выстрелы, гадая, попали или нет. — Я кладу ладони на стол и подаюсь вперед. — Так что не надо делать выводы, с чем я могу или не могу справиться, Феликс.

Я встаю и иду к холодильнику, беру банку колы, затем ухожу в гостиную, чтобы дождаться Сергея.

— Когда Сергей придет, мы сделаем вид, что ничего не произошло, — говорю я мимоходом.

Я останавливаюсь и смотрю на Феликса через плечо.

— Значит, ты остаешься?

С моего тела сползает одеяло. Я хватаюсь за его край, чтобы удержать, и чуть приоткрываю один глаз. Снаружи все еще темно. Я снова дергаю одеяло, на этот раз сильнее, и оно выскальзывает из моих пальцев.

— Который час? — бормочу я и зарываюсь лицом в подушку.

— Половина пятого, — шепчет мне на ухо Сергей и целует меня в затылок. — Мне кое в чем нужна твоя помощь.

Я чувствую, как он прижимается ко мне всем телом, как упирается твердым членом мне в бедро, и улыбаюсь.

— Мы открываемся в семь. Если хочешь, чтобы тебя обслужили, придется подождать.

— Ах, какая жалость. — Он проводит губами по моей шее. — Тогда мне придется похозяйничать самому.

Я приподнимаю голову и открываю глаза, наблюдая за ним, пока он тянется к ящику тумбочки и достает нож для стейка из моего тайника.

— Так и знал, что твоя одержимость острыми кухонными приборами пригодится, — говорит он, прижимая холодный металл к моей спине, где футболка задралась.

— Помогаю себе, — объясняет он и, засунув нож под мой топик, разрезает ткань по всей длине от подола до шеи.

Я начинаю поворачиваться, но Сергей прижимает ладонь к спине, удерживая меня на месте. Другой рукой скользит под моим телом, а затем по моему животу и между ног.

— Ш-ш-ш… Ты сказала, что сейчас недоступна, — произносит он рядом с моим ухом и накрывает ладонью мою киску. — Поэтому тебе не разрешается двигаться.

Мурашки бегут по телу от его слов, а затем вздрагиваю, когда чувствую холодный металл на своем бедре. Один быстрый рывок, и резинка моих трусиков разрезана. Он переводит нож на другое бедро и разрезает резинку с той стороны. Я тянусь вниз, чтобы снять испорченные трусики, но Сергей обхватывает мое запястье.

— Я сказал… не двигаться, детка. — Он отпускает мою руку и надавливает ладонью на поясницу, прижимая меня к кровати. — Ни на дюйм.