Сокровенная правда (ЛП)

Если кошка застрянет на дереве, он взберется на него и спасет кошку.

— Если его не провоцировать, он ведет себя вполне прилично.

— А когда его провоцируют?

— Когда Сергея провоцируют, Ангелина, люди умирают. Именно поэтому, если вдруг снова увидишь, что он, как ты выразилась, ушел в себя, тебе следует держаться подальше.

Я пристально смотрю на него, с трудом веря, что человек, которого он описывает, — это тот, кто так нежно гладил меня по щеке, требуя сказать, кто причинил мне боль.

— Но он ничего мне не сделал.

Он просто… мы просто поговорили, и он вернулся к нормальному состоянию.

— Что очень неожиданно. — Феликс кивает. — Тем не менее не рискуй.

— И еще кое-что. Если найдешь его спящим, ни в коем случае не подходи к нему. Сразу же повернись и выйди из комнаты.

Какая странная просьба.

— Не бери в голову. Просто делай, как я сказал.

— Хорошо, — киваю я и накладываю себе в тарелку еще картофельного пюре.

Я ни за что не куплюсь на эти басни. Он преувеличивает, возможно, пытается запугать меня, чтобы я выложила все начистоту.

Да, прошлой ночью Сергей вел себя странно и имеет репутацию слегка неуравновешенного парня, но в нашем мире нет нормальных людей.

Я слышу, как открывается входная дверь, и поворачиваюсь, чтобы увидеть, как объект моих мыслей входит, держа под мышкой шлем.

— Я думал, ты пошел за покупками, — кричит Феликс, стоя рядом с раковиной. — Где одежда?

— Таксист привезет. Я сказал парню, чтобы он донес пакеты до двери.

Сергей бросает шлем на диван, снимает куртку и идет на кухню.

Проходя мимо моего стула, он легонько проводит ладонью по моей руке, вызывая мурашки в местах прикосновения. И мурашки не из-за неприятных мыслей.

— Что на обед? Я умираю с голоду. — Он садится на стул рядом со мной и смотрит в кастрюлю посередине стола. — Опять тефтели? Господи. Я запишу тебя на кулинарные курсы на следующей неделе.

— Если тебе не нравится моя еда, то будь добр готовь сам себе еду.

Сергей вздыхает и начинает накладывать еду на тарелку. Закончив, смотрит на еду, ругается и начинает есть.

Он явно недоволен тем, что приготовил Феликс, но я не вижу, чтобы он впал в убийственную ярость. Как я и подозревала, Феликс преувеличивал.

Из гостиной заходит собака Сергея, останавливается рядом с ним и начинает тыкать его мордой в ребра.

— Блин, Мими! Я пытаюсь поесть. — Он отодвигает голову собаки рукой, но делает это с видимой нежностью.

— Какой она породы? — спрашиваю я. Мне кажется, я никогда не видела такой большой собаки.