Сокровенная правда (ЛП)

Я старался не испачкать кровью рубашку, но немного крови все равно попало на рукав. Не хочу, чтобы Ангелина увидела это и испугалась. Кроме того, если бы она увидела меня в крови, ей пришлось бы все объяснить.

Когда закончил, я направился в дом. Внизу никого нет, поэтому я бегу наверх, в свою спальню, где Ангелина свернулась калачиком в кресле, держа в руках книгу. На мгновение думаю, что она читает один из моих детективных романов — у меня их тонны, — но останавливаюсь на месте, когда замечаю обложку. Она держит «Анну Каренину», русское издание.

Неужели Феликс был прав насчет нее?

Она оторвалась от книги и встретилась с моим взглядом.

— Как прошла встреча?

— Отлично. — Я опираюсь на дверной косяк и киваю в сторону книги, которую она держит в руках. — Ты говоришь по-русски?

— Не совсем. Я знаю некоторые основы. — Она пожимает плечами. — На первом курсе я ходила на курсы русского языка, но в итоге решила уделить внимание английскому и итальянскому.

— Как много ты знаешь?

— Ну, я, наверное, могу спросить дорогу по-русски и помню названия некоторых фруктов и овощей.

Зато знаю много ругательных слов. — Она фыркнула, встала со стула и подошла к книжной полке, чтобы поставить книгу на место. — Мне понравился фильм, и я хотела попробовать почитать. Я застряла на втором предложении, потому что кто-то не разрешил мне воспользоваться ноутбуком, чтобы проверить перевод.

Я оставляю свое место у двери, прохожу через всю комнату, пока не оказываюсь прямо за ней, и кладу руки на полку по обе стороны от нее.

Ангелина втягивает воздух и поворачивается ко мне лицом.

— Ангелина, ты опять мне врешь? — Я наклоняю голову, чтобы посмотреть ей прямо в глаза.

— Ты шпионка, lisichka?

Она смотрит на меня, потом кивает, ее лицо изображает серьезность.

— Да. Ты меня подловил.

— Я также проходила жесткую подготовку по боевым искусствам, так что ты должен быть осторожен, когда я рядом.

Я оглядываю ее и разражаюсь смехом. После голодания она совсем похудела и не смогла бы справиться даже с белкой.

И даже если потеряла часть мышечной массы, она не держится как мастер боевых искусств.

Когда мой смех стихает, я изучаю ее. Она улыбается, и я не могу вспомнить, когда в последний раз кто-то дразнил меня.

— Скажи мне что-нибудь по-русски.

— Сейчас? — Она удивленно вскидывает бровь. — Что ты хочешь, чтобы я сказала?

— Первое, что придет в голову.

— Сабака Бобик, — пролепетала она.

Я сгримасничал. Ее произношение ужасно.