Это твой отец переместил тебя сюда на Бал брачных уз, не так ли? Как дракон, он отправил тебя в Рагдиану обрести мужа среди драконов. Чтобы хотя бы его внук был драконом, обладающим магией. И твой отец наверняка не ожидал, что из всех драконов тобой заинтересуется единственный дефектный – тот, в котором нет магии. Ты бы подвела своего родителя, и твой муж впал бы вместе с тобой в его немилость, – озвучил свою логическую цепочку Джеридан. – Отношения между нашими странами усложнятся. Твой отец желает магически одарённых внуков и вряд ли смирится с тем, что его дочь станет женой инвалида.
– Я хочу выйти замуж за того, кого сама выберу, – твёрдо заявила я. – И моим избранником никогда не станет мужчина, способный ударить в спину. Этот твой поступок был низким и подлым. Как и твои оскорбления. Ты назвал Тайрена бледной молью. Считаешь своё поведение достойным? Гордишься собой?
– Ты сильно ошибаешься во мне, Ксения, – пристально посмотрел он на меня. – Всё не так, как тебе кажется.
Глава 29. Объяснение
Ксения
*
– Так удиви меня, – я тоже, как и Джеридан, откинулась на спинку стула.
– Объясни, как дела обстоят на самом деле.
Федя – и тот перестал жевать, навострив ушки.
– Тайрен – мой кузен. Мы росли вместе. Да, я не могу назвать его своим другом, мы с детства соперничали во всём. Но всё равно он – моя семья. А семья для любого дракона – это святое, – бронзовый выразительно сверкнул глазами, прозрачно намекая, что ради нашей с ним семьи он расшибётся в драконью лепёшку. – Я не желаю Тайрену зла.
Наоборот, сильно беспокоюсь за него. У него нет магии, понимаешь?
– Понимаю, – кивнула я.
– Я сильнее его в разы – и физически, и магически. И при этом он не отпускает наивную мысль сразиться со мной за трон, – поморщился Джеридан. – Это будет грандиозный праздник при куче народа. И поддаваться я не собираюсь. Буду драться в полную силу. Сотни, если не тысячи будут свидетелями его поражения. Мне не доставит удовольствия сделать из него отбивную у всех на виду. Ведь этот бой не будет битвой на равных.
Всё равно что у малыша игрушку отобрать. После такого он не оправится, это его сломает. Его позор рикошетом ударит по его отцу и матери. И ничем хорошим это не кончится.
– И ты решил поставить его на место сегодня, возле Арки? – догадалась я.
– Да, всё верно, – кивнул Джеридан. – И заметь: я пощадил его чувства. Никто, кроме него самого, не понял, что на него были наложены невидимые путы, которыми он был спелёнут, как младенец.
