– Привел девчонку с Севера, отдал на обучение лучшему из хранителей, – едва слышно пробормотала Амалия и скривилась.
А вот ее мать ссориться с Бланко не стала, только царственно кивнула, позволяя нам идти. На декана она смотрела без восхищения. Верный пес, который выполняет приказы ее супруга, не более того. Это сквозило в каждом ее взгляде и жесте.
Когда мы отошли на несколько шагов, я с облегчением заговорила:
– Вовремя вы позвали меня танцевать. Правда, оркестр еще не начал играть.
Декан ответил:
– Я позвал тебя не для этого.
Сердце кольнуло разочарование, но я постаралась скрыть его и с деланым равнодушием спросила:
– И что же мы будем делать?"
"– Красиво мстить Грасси, Адриану и прочим, кто желает твоей смерти.
Он хищно улыбнулся, но понятнее не стало.
– Каким образом?
Но Бланко только продолжил загадочно улыбаться и ничего не ответил. Я не стала настаивать и позволила ему вести меня в сторону, где были расставлены мягкие диванчики. Сейчас там сидел только один человек в костюме янтарного оттенка, и вокруг него суетились слуги.
На ручке дивана покоился набалдашник трости, украшенный янтарем.
Стоило нам приблизиться, как человек поднял взгляд, и план декана стал ясен. Старик Лассаль равнодушно поздоровался. На меня он не обратил никакого внимания. Да и Бланко его не интересовал. Ровно до того момента, когда декан широко улыбнулся и торжественно произнес:
– Доброго вечера, господин Лассаль. Хочу представить вам мою личную ученицу. Она прибыла с Севера, и этот год проведет под моей опекой.
Марта Лунд, воспитанница герцогини Найгерд.
Белесые старческие глаза изумленно распахнулись. Старик уставился на меня, и на его лице было непередаваемое изумление. Похоже, мое прибытие от него тщательно скрывали. Как и от герцогини Карины.
Краем глаза я заметила, что к нам направляется герцог Роден Гольдберг.
Но Бланко тут же сказал:
– Будьте так добры, присмотрите за леди Лунд пару минут, господин Лассаль. Мне нужно переговорить с герцогом Гольдбергом об учебе его сына.
Не дожидаясь ответа, он ушел. Слуги тоже удалились, и я осталась стоять напротив своего родственника.
Дурацкая ситуация, зачем декан меня оставил? Возникла неловкая пауза. А затем Лассаль неожиданно хлопнул рукой по дивану и сказал:
– Марта Лунд, значит. Что ж, садись, побеседуем. Кто ты там мне, двоюродная правнучка?
Я пожала плечами, но приглашением воспользовалась. В родственных связях я была не сильна. Поэтому только улыбнулась и сложила руки на коленях.
