Получилось! У меня получилось собрать магию правильно. Я все же смогла достойно показать себя, хоть и не на испытаниях.
Грасси наконец доковылял до распростертого на земле жуанта и обратился ко мне:
– Что ты успела натворить, глупая девица? Я же сказал не трогать загон! Выпустила жуанта… Ректор узнает сегодня же!
Я едва не поперхнулась от возмущения.
– Меня даже рядом не было, когда он вырвался!
Резкая боль в боку заставила меня согнуться и зашипеть. Бланко удивленно обернулся ко мне и прошептал одними губами:
– Он тебя зацепил?
Лавандовые глаза потемнели.
Декан отрывисто бросил:
– Продолжайте урок. Я отведу леди Лунд в лазарет.
С этими словами он шагнул ко мне и коснулся кольца перемещения. Вихри магии взметнулись вокруг нас, резко закружилась голова. Я пошатнулась, но Бланко не позволил мне упасть. Декан подхватил меня и помог опуститься на кровать. Тут я осознала, что мы уже в лазарете. Длинное светлое помещение заполняли одинаковые койки.
Бланко подлетел к двери и распахнул ее, а затем рявкнул:
– Жилда! У меня раненая!
Но тишина в коридоре осталась безмолвной.
Где бы ни была целительница, она не спешила выполнять свои обязанности. Мужчина позвал еще раз – с тем же результатом. Тогда он хлопнул дверью так, что задрожали стены, и выругался. Больше времени он не терял: достал из какого-то шкафа ворох бинтов и склянки. А затем опустился на кровать рядом со мной.
Боль в боку разрасталась. Но, когда пальцы Бланко сжали край бесформенной серой рубашки, я инстинктивно перехватила его руки.
– Что вы делаете? – выдохнула я.
Богатое воображение тут же нарисовало картинку, как полуголый декан прижимается ко мне, чтобы вытянуть яд из этой раны тоже. Я даже зажмурилась от ужаса.
– Собираюсь остановить кровотечение, – раздраженно сообщил Бланко. – Подними рубашку.
– И все? – подозрительно спросила я, открывая глаза. – Там нет яда?
– Яда? Нет. Но от потери крови тоже умирают, – несколько ехидно произнес декан.
Я попыталась отвлечься от боли и сообразить, насколько прилично будет позволить обработать мои раны, не дожидаясь лекаря.
Терпение Бланко иссякло. Он настойчивее потянул мою рубашку вверх. И я даже не сопротивлялась…
Но в этот момент раздался шелест, а потом деликатное покашливание. И донеслось оно вовсе не от двери. Мы одновременно повернули голову к окну. На миг я забыла о боли. Человека, который прислонился к подоконнику, я знала. И меньше всего ожидала здесь увидеть.
