Сокровища Валькирии: Стоящий у Солнца

«Нива» остановилась возле какой-то стройки. На улице светало, и Русинов различил два строительных вагончика за штабелями бруса и досок. Его ввели в один из них – Савельева не было. В тесном рабочем помещении с инструментами, спецодеждой и какими-то деревянными деталями находились два человека: приятный седоватый мужчина лет пятидесяти в белой свежей рубашке и джинсовой куртке, другой – помоложе, сухой, подвижный, тренированный, поперек губ – складка – признак скрытой циничности и себялюбия. В любом случае оба не прорабы, не бригадиры на стройке, но большие начальники, привыкшие к кабинетам.

Кроме савельевской Службы, здесь никого не могло быть…

– Рад тебя видеть, Мамонт! – разулыбался седоватый. – Извини, что подняли среди ночи. Ты человек военный, понимаешь: служба есть служба…

– С кем имею честь? – сухо спросил Русинов.

– Мне перед тобой скрывать себя не имеет смысла, – добродушно проговорил он, показав знаком стоящим у дверей «строителям» удалиться. – Я генерал Тарасов, слыхал?

Иван Сергеевич говорил, что Службу у Савельева возглавляет какой-то отставной генерал, но не знал его фамилии.

– Не слышал, – проронил Русинов.

– Ничего, вот и познакомились, – усмехнулся Тарасов. – Поговорить с тобой необходимо, Мамонт… Ничего, что так называю? Знаешь, привык уже к твоему прозвищу.

– Я буду разговаривать только с Савельевым, – заявил Русинов. – Вас я не знаю, вижу первый раз. Так что извините, генерал.

– Савельева больше нет, – развел руками Тарасов. – По-моему, между вами дружбы никогда не было, так что ты его жалеть не будешь.

Похоже, генерал совершил военный переворот и сбросил гражданскую власть. Причем сделал это недавно, в последние дни. Началась цепная реакция революций: шведы скинули Савельева, теперь его скинул генерал. Верный признак кризиса власти и положения. Новый диктатор снова сделал ставку на Мамонта…

– Все равно я должен увидеть Савельева, прежде чем говорить с вами, – упрямо сказал Русинов. – Это принципиально.

– Не могу предоставить такой возможности, – проговорил генерал. – Его пришлось сдать шведам. Взрыв в их представительстве – его инициатива. Надо отвечать за глупость. А мы теперь – узаконенная официальная фирма. Наша, российская фирма, без всякого совместительства.

За выход из подполья генерал рассчитался с кем-то живым товаром – беднягой Савельевым. А может, поставили такое условие – очиститься от террористического элемента…

О чем пойдет разговор, было ясно.