Сокровище

Иден громко радуется тому, что Бог Времени не приделал Хезер лишнюю руку или ногу после того, как та пригрозила дать ему по яйцам. Флинт, похоже, просто ошарашен.

А Хадсон – Хадсон опять что-то печатает в своем телефоне, быстро-быстро двигая пальцами.

Успокоив друзей, я поворачиваюсь, чтобы обратиться к моей бабушке, – и обнаруживаю, что она и Алистер незаметно удалились, воспользовавшись хаосом. И это жесть, потому что мне очень нужно с ней поговорить.

Что-то подсказывает мне, что Хезер была права, когда предположила, что Кровопускательница знает, какой козырь я могла бы использовать для торга с Королевой Теней, хотя она пока ничего об этом не говорила.

Поэтому я хлопаю в ладоши, чтобы привлечь внимание.

– Послушайте, мне жаль, что Джикан любит замораживать людей, но есть и хорошая новость – теперь мы с Хезер знаем, как можно попасть в Мир Теней. Вход в этот мир находится недалеко от Двора Ведьм и Ведьмаков.

 – Я достаю из кармана телефон, чтобы посмотреть на время, и не удивляюсь, обнаружив, что уже второй час ночи. – Давайте разойдемся по комнатам и отдохнем, а завтра в девять снова встретимся здесь и обсудим нашу стратегию.

– Но у нас по-прежнему нет ничего, что мы могли бы предложить Королеве Теней в обмен на противоядие для Мекая, – с беспокойством напоминает Иден.

– Знаю, но я работаю над этим. – Я ободряюще толкаю ее в плечо.

 – А теперь нам надо поспать. Утром мы все будем мыслить яснее.

Все ворчат, но соглашаются, и мы идем в сторону гостевых покоев. Иден предлагает Хезер проводить ее в комнату, а я дергаю Хадсона за локоть.

– Подожди, – шепчу я и, обхватив руками его талию, крепко прижимаю его к себе.

Он приникает ко мне и бормочет:

От него приятно пахнет теплой амброй и пряностями, и мне хочется одного – уткнуться лицом ему в грудь и остаться в его объятиях навсегда.

Но я вспоминаю о лежащей на мне ответственности и отстраняюсь. И сразу же ощущаю холодок на коже, который стараюсь не замечать.

– В чем дело? – спрашиваю я, показав кивком на его телефон, который он все так же держит в руке.

Он кладет его в карман и улыбается легкой улыбкой, которая не доходит до глаз.

– Пустяки, тебе не о чем беспокоиться.

Но он говорит это так, что я немного беспокоюсь.