И как раз в эту минуту Наратов, наконец, отвязывается от Илоны, и уверенной походкой идет в нашу с Мариной сторону.
— Тебя можно оставить с ним наедине? — шепотом спрашивает она, очевидно все-таки собираясь исчезнуть с горизонта.
— Поверь — если даже он попробует причинить мне вред, я смогу справиться с ним даже при помощи щипцов для льда. — Киваю на стоящее неподалеку ведерко, только что принесенное официантом и до верху наполненное прозрачными кубиками.
Марина одними губами желает мне удачи и действительно почти магическим образом за секунды растворяется в толпе.
Я не успеваю даже глазом моргнуть, а Сергей тоже тут как тут.
Так близко, что я делаю шаг назад, но он тут же снова сокращает это расстояние.
— Теперь я понимаю, почему Андрей никак и нигде не показывал свое сокровище, — говорит он тем хорошо знакомым голосом, от которого у меня когда-то моментально начинала кружиться голова.
А сейчас я чувствую только саднящую боль за ребрами, уже не такую сильную как раньше, но все же — достаточно ощутимую.
— Ну, это же его страница. — Беззаботно пожимаю плечами, надеясь, что дорогущий грим, за который я отвалила кучу бабла, будет намертво и до конца вечера скрывать все мои татуировки. Если Сергей не блефует и действительно меня не узнал, уж татуировки Рины он наверняка опознает с одного взгляда. — Иногда люди ведут социальные сети просто так, а не для того, чтобы бросаться оттуда своим счастьем в каждого встречного.
— А я бы бросался. — Сергей включает еще одну знакомую мне улыбку.
— Готова поспорить — Илона вне себя от счастья, — прикидываюсь шлагом и киваю на его супругу, которая о чем-то оживленно болтает с женщинами постарше, среди которых и мамаша Андрея.
— Ага, — кисло отзывается Сергей. В его планы наверняка не входил разговор о собственной семейной жизни. — Я слышал, ты работаешь в «ТехноФинанс».
— Семейная империя. Теперь я тоже — ее часть. Увы, — корчу небольшую скорбь, — самый маленький винтик.
— А хочется быстрее, выше, сильнее?
— Да, что в этом плохого?"
"— Разве удел женщины — не домашний очаг и разделка туши мамонта? — Наратов делает все, чтобы заезженная фраза об истинном женском счастье в его исполнении звучала максимально ничтожно.
Выражение, транслируемое на его лице, можно смело отпечатывать с надписью: «Козья морда патриархата».
— Удел женщины — самой решать, хочет она разделывать тушу и сама ее добыть.
— Это сложно и небезопасно.
