Солдат чужой войны

А я, если ты помнишь, занимался тарировкой радара.

– И все-то у тебя по полочкам, на все есть ответы…

– Да, Удо. И ты всегда должен объявлять координаты полностью, а не так: пару точек выдал, а остальное без изменений.

– Бортовому компьютеру пересчитать эти точки – раз плюнуть, – нехотя оправдывался Каунтер, перебирая хлам в выдвижном ящике.

– Ты не прав, Удо. В случае, если у бортового компьютера не отрегулирована шкала…

– Послушай, – перебил напарника Каунтер, держа в руках упаковку со сладостями, – это именно тот шоколад, что Биллинджер ронял в сортир, или он ронял плитку «Куки My»?

Основательный Пепито внимательно осмотрел упаковку и пожал плечами:

– Какая разница, ронял он эту штуку или нет – упаковка-то не нарушена.

И потом, он говорил, что ронял его только в воду. В чистую воду. Так что можешь есть.

– Не-е, – замотал головой Удо. – Ты ж знаешь наших уродов из управления. Никто ведь не станет слушать, что шоколад был в упаковке и плавал в чистой воде. Нет, все будут говорить: вот тот самый Каунтер, который жрет шоколадки из сортира.

– Пожалуй, ты прав, – согласился Хабанос. – Смотри, индикация сработала. Сейчас обращение будет.

И действительно, через какое-то время послышался голос очередного штурмана:

– Внимание, пароль – «вискоза»…

– Какая тебе «вискоза», это не автоматическая станция!

– О, извините… Борт 291823, просим координаты точек Четвертой зоны.

– Хорошо, слушай: «Альфа» – 23.378, «Сигма» – 01.387, «Альфа-2» – 39.

268, «Ион» – 00.017. Все разобрал?

– Так точно, сэр. Спасибо.

– Пожалуйста, – великодушно ответил Удо и вопросительно покосился на Пепито.

– Вот теперь все правильно, – сказал тот. – Вы не такой дурак, сэр, каким кажетесь.

– Давай, груби. Сегодня я прощу тебя, а вот в следующий раз…

– Бригадир сказал, что он больше не станет играть с тобой в карты, и «старшим смены» тебе больше не бывать.

– Куда он денется? На «старшего смены» играть куда лучше, чем на деньги. Вот был у нас Фуди Шальер… – Удо не договорил, снова заглядевшись на злосчастную плитку шоколада.

 – Слушай, Пепито, а давай съедим этот шоколад вдвоем. Если кто и узнает, дразнить двоих будет неинтересно, да и не узнает никто. Мы не скажем.

– Давай, – сразу согласился Хабанос. Удо тут же вскрыл упаковку и отломив половину, передал напарнику.

– Хороший шоколад, – кивнул тот, откусив кусочек – не скажешь, что только из сортира.

– Не скажешь, – согласился Удо.