Солдат чужой войны

 – Жако поднялся из кресла и подошел к большому круглому аквариуму, в котором плавали голубоватые апинарии. Полковник постучал ногтем по стеклу, и медлительные рыбки уставились на него в немом изумлении.

– Прикажете начать с летного училища?

– Ник Ламберт окончил его с отличием и получил сразу две специальности – пилот-истребитель и пилот-капитан дальних рейсов.

– Любопытно, как же универсальный пилот докатился до звания майора в подразделении этих ломовиков?

– Тут написано, что Ник Ламберт был вовлечен в очень сложную комбинацию, которую организовали нечестные торговцы.

Он должен был погибнуть при доставке ложного груза, однако сумел вовремя убраться с последнего судна в конвое, используя спасательный э-э– э… истребитель.

– Спасательный истребитель? Так и написано?

На столе полковника зазвонил телефон. Жако схватил рубку и громко ответил:

– Это Жако! Так… Так… А основная часть задания выполнена? Ну и отлично, чего же вы задаете мне эти идиотские вопросы, Лесгафт? Да, убирать, конечно. Они давно выработаны, и возвращать их обратно нет никакого смысла – убирать однозначно.

Все, договорились. Продолжайте, Рошаль, что там еще?

– Только незначительные детали, имена…

– Меня интересует мотивация – почему он воюет на нашей стороне? Лишь потому, что его выкрали агенты УРУ?

– Э-э, одну минуту, где-то я видел… – Рошаль пролистал вперед несколько страниц, потом вернулся назад: – Ага, вот! Выяснилось, что конвой, в котором он был капитан-пилотом, позже был уничтожен в районе Прибрежных Миров эскадрой урайского генерала.

Так что мотивация у майора Ламберта просто железная.

– Может быть… Может быть… – задумчиво протянул Жако.

К чему вся эта чрезмерная секретность, Ник не понимал. Его везли в каюте с заклепанными иллюминаторами, да ещё подсматривали за пассажиром с помощью мобильной камеры, спрятанной за вентиляционной решеткой.

Шесть долгих суток корабль плутал по закоулкам незаявленных трасс, и Ламберту в голову закралось подозрение, что его намеренно катают кругами, чтобы он запутался и потерял ориентацию.

Сопровождавшего его молчаливого сотрудника СИБ Ник видел только два раза.

Первый раз – когда тот пришел к Нику в офицерский коттедж, а второй раз уже здесь – два дня назад.

Паркер, как он представился ещё на Войтере, открыл дверь каюты своим ключом и, не говоря ни слова, обошел её по кругу, к чему-то прислушиваясь и поводя носом.

– Когда мы приедем, дружище? – спросил его тогда Ник больше для того, чтобы проверить, в своем ли уме этот парень.