Солдат чужой войны

Челнок ткнулся в причальный терминал колосса, словно лодка в прибрежную скалу, и тотчас был поглощен огромной массой боевого гиганта.

Из-за размеров эрцкрейсера все перемещения внутри него происходили только на транспортных площадках. Исключение составляли только переходы внутри локальных зон обслуживания – там, где несли свои вахты наряды специалистов: электриков, навигаторов, радиотехников и ремонтников служб ракетного и артвооружения.

По большей части все они состояли из янычар, за исключением бригадиров и начальников среднего звена.

Считалось, что ремесло легче давалось янычарам, а руководство ими поручалось настоящим урайцам.

Впрочем, в войсках не допускалось даже намека на разницу в происхождении, и во всех документах указывалось только имя и звание штатной единицы. Подробности же можно было увидеть только в медицинских картах, поскольку здесь разница была очевидной.

Встретивший полковника Комэта и генерала Маттока сержант четко отдал им честь и проводил на платформу. Затем набрал координаты яруса нужной секции и включил подачу.

Платформа мягко тронулась с места, а затем ускорилась так, что генерал и полковник были вынуждены ухватиться за ограждающий поручень.

– Как будто целый город, – делился впечатлениями Матток. – Свой транспорт, военная полиция – шутка ли, двадцать тысяч одного только экипажа.

Полковник кивнул. Изнутри эрцкрейсер поражал еще больше, чем снаружи. Пучки силовых кабелей были похожи на складированные бревна, а внутри воздуховодов легко могли разъехаться два автомобиля, Уличными магистралями выглядели транспортеры подачи боеприпасов, и чудом казались механизмы, позволявшие на ходу заменять поврежденные сегменты брони.

– До прибытия ровно пять минут, – с обыденной интонацией сообщил сопровождающий сержант.

Полковник и генерал невольно переглянулись Матток даже почувствовал к этому янычару какую-то симпатию. В конце концов Комэт действительно был отличным офицером и героем. Год назад во время сражения при Уэстэйде его судно дважды пытались взять на абордаж, и полковник, вооружившись гранатометом, лично участвовал в отражении атаки и даже подбил штурмового робота.

В результате экипажу удалось продержаться до подхода помощи и абордажные суда противника были вынуждены отступить «Умереть за Урайю я, конечно бы, смог, – рассуждал генерал Матток – Это мой долг, без вопросов. Однако бегать по ярусам с гранатометом на плече, рискуя нарваться на пиратский нож, – это уже нечто другое».