Солдат чужой войны

«Могу спорить, он размышляет о том, как войдет в историю Великой Победы», – ехидно подумал Жако.

– Хорошо, полковник. Договорились. Предлагаю начать немедленный обмен информацией, чтобы уже через шесть часов был готов оперативный план.

Очередное утро пришло на промышленную зону как бы нехотя – с трудом преодолевая мрак, смешиваясь с ним и заталкивая темные клочья в неосвещенные закоулки, где они клубились видениями из кошмарных снов.

Начальник лаборатории капитан-инспектор Хоуп приоткрыл тяжелые веки и обреченно поднялся, чтобы начать новый день, заполненный однообразным исполнением воинского долга.

Испытывая обычное утреннее недомогание, схожее с легким похмельем, Хоуп выпил из бутылки теплой воды и, подхватив с пола оброненный стек, резко хлестнул им по столу.

Вид рассеченного листа бумаги и звук удара придали капитану бодрости, и этого хватило, чтобы отправиться в душ – на водные процедуры.

Через пятнадцать минут Хоуп вышел в коридор и слегка ondop{chb`~yei походкой отправился на традиционную охоту, которая называлась просто – «дать по заду».

Капитан снова застал его спящим, однако врезать лентяю не удалось. Увертываясь от наказания, токсиколог перевернул предметный столик, на котором, вопреки многочисленным замечаниям, хранил отдельные продукты ядовитого синтеза. Какая-то дрянь из разбившейся склянки вылилась на пол, и капитан счел за лучшее немедленно убраться из комнаты.

Оказавшись в коридоре, он захлопнул за собой дверь и держал её какое-то время, пока токсиколог отчаянно дергал за ручку, пытаясь выбраться. Кажется, он что-то кричал, но капитан не разобрал, что именно, – в комнатах была хорошая звукоизоляция.

Когда Зюсс утих, Хоуп оставил его и отправился в зал, чтобы принять участие в утренней физзарядке. Но, проходя мимо комнаты квантового механика, он замедлил шаг и прислушался.

Никакого движения за дверью не происходило, а потому Хоуп смело вошел внутрь и, к своей безмерной радости, обнаружил механика спящим.

– Что это значит, лейтенант Файвер?! – воскликнул он, замахиваясь для удара стеком.

Элеонора испуганно вскочила с постели, и тут капитан– инспектор начисто лишился дара речи.

При правильных пропорциях тела лейтенант Файвер имела чрезмерной величины груди, которые на всех без исключения действовали абсолютно одинаково.