- Это еще зачем? - Стивенсону было трудно дышать, уж очень острый был кончик у короткого меча Грамона.
- А там есть кое-что, и это заставит вас переменить мнение насчет того, кто хозяин на корабле. Я могу отправить ""Иоанн"" на дно в любой момент.
- Лжете, Грамон.
- А вы проверьте.
- После этого вы перестанете кидаться на ни в чем не повинных людей с мечом?
- Да, - Хью сперва хотел сказать ""даю слово"", но решил, что даже Стивенсон заподозрит подвох. - Да, после этого отправитесь на мостик и будете с капитаном Джефри решать, как поступить.
Опытный Але забежал спереди и спустился к каютам, коротышка перенес свой меч от живота Стивенсона к его же спине. Они уже покидали палубу, когда их догнали Лоу и Триполи, но Хью не обернулся на их оклики и им тоже пришлось покинуть палубу. Растворив дверь в каюту, Але отступил чуть в сторону. Стивенсон шагнул внутрь и тут же получил удар рукоятью меча по макушке, для чего Грамону пришлось подпрыгнуть.
- Ну что ты вытворяешь? - хмуро спросил Лоу, помогая Але связать Стивенсона простыней.
- Это пахнет скандалом, Хью.
- Я боялся, ты скажешь ""изменой"", - облегченно сказал Грамон. - Дружище, но ведь этот человек сегодня утром дал мне слово, что мы зайдем на Андро, и не сдержал. Мог ли я терпеть?
- Следовало вызвать его на дуэль, - укоризненно покачал головой щепетильный лойнант.
- А вот это было бы убийством с моей стороны, - скромно ответил лучший фехтовальщик острова Андро. - Ты и сам это знаешь. В конце концов ничего не случилось: мы доберемся до Андро и покинем парусник, а дальше вы поплывете себе в холодный Канд.
- Я больше не смогу молчать, - вздохнул Лоу. - Хью, по дороге я все расскажу королеве, это мой долг. Она должна знать, что Бахам свободен от Темного Братства.
- И Адмиралу тоже стоило бы сообщить, - по долгу службы заметил капитан Триполи. - Хоть он и дельфинья задница. Иначе и правда нехорошо получается, Хью, вражий ты потрох.
- Ну конечно, - заворчал коротышка. - Все вокруг честные, один я интриган и обманщик.
Ладно, делайте что хотите, но не раньше, чем мы с Дженис покинем эту плавучую скрипучую башню и заживем счастливо на родине.
С этим все согласились и вышли, оставив внутри каюты Але приглядывать за долговязым кандцем. Снова поднявшись на палубу, компания не заметила никаких признаков беспокойства: матросы привыкли не вмешиваться в дела своего скорого на расправу капитана, а остальные и вовсе не обратили внимания на смену курса.
