Стивенсон не заметил, чтобы Грамон хоть как-то переменил позу. Просто меч Окуня влетел со скрежетов в одну из щелей, украшавших странный клинок коротышки, а потом вырвался из рук у хозяина и улетел в кусты, свистнув у самого уха отвианца.
- Прошу прощения! - буркнул Хью и вогнал свой меч под доспех все еще провожавшему глазами свое оружие Окуню, прямо в сердце.
- Все? - спросила Дженис, когда Окунь коротко всхрапнул и повалился на спину. - Я могу повернуться?
- Можете, госпожа Грамон, - довольно хрюкнул бывший каторжник Але.
- Крови-то почти нет.
Стивенсон приготовился к драке, схватившись за рукоять плохонького меча, по случаю справленного в трактире для него тем же Але, выискивая глазами лучников. Но шайка грабителей явно не собиралась мстить за своего атамана. Один из самых старших солдат подошел к Хью и вытянулся перед ним. Тот спокойно убрал меч в ножны.
- Господин Хью Грамон, позвольте вас приветствовать. Большая честь видеть в наших краях лучшего фехтовальщика острова.
- Да полно вам, любезный, - нежно улыбнулся коротышка.
- Молодежи наверное выросло полным полно за те годы, что мы не виделись. Как ваша нога?
- Прихрамываю! - радостно ответил солдат. - Ношу шрам от вашего удара с гордостью!
- Не туда вы его носите... - Хью прошелся, заложив руки за спину, вдоль строя подтянувшихся грабителей. - Чем же это вы занимаетесь, господа? Разоряете родной край.
- Так жить чем-то надо, прости Мать-Дева, - пожаловался старый солдат. - Да и привыкли мы, чтобы командир был.
.."
"- На что это ты намекаешь? - грозно подскочил к нему коротышка. - Если я буду брать под свое начало всех людей, чьих командиров прикончил, за мной будут толпы ходить. А идти мне между прочим через джунгли в Ками, да там скорее всего мечи в кровь макать. Думаю, что за такой поход надо золотых по сотне отвалить каждому, а вас тут... В общем, я разоряться не собираюсь.
- Народ отборный, - доверительно сообщил солдат, ничуть не стесняясь тона Хью. - В джунглях, правда, не воевали, мы с южной границы, против Бахама стояли, в Лутони.
А когда колдун мясорубку в джунглях устроил, мы не пошли: лойнант, который сам себя Окунем прозвал, испугался. Но оно и к лучшему вышло, вот мы с ним и остались. Теперь в Дивуаре бароны, нам к ним на поклон идти не хочется. Так что в свободном найме двадцать семь мечей.
- Две тысячи семьсот золотых, - грустно сказал Хью. - Вот что, беру вас только при одном условии: мертвым выплачивать не буду.
