Солги мне на удачу

Я настолько не ожидала, что даже немного прошла за ним, а потом остановилась и дернула руку.

– В таком случае я хочу хотя бы знать, как тебя зовут на самом деле! – возмущенно прошипела, попытавшись высвободиться. – Бордельная кличка мне категорически не нравится!

Он тоже остановился, оглянулся на меня и окинул прищуренным взглядом. На мгновение показалось, отшутится и ничего не скажет, но…

– Даррен, – коротко ответил мой теперь уже знакомый и пошел дальше, так и не выпустив моей руки.

Эм. Мне только что представились, что ли? Нет, правда? Может, где-то метеорит упал, а? Или местный ископаемый мамонт ожил?

– С чего такая честь? – буркнула я, послушно передвигая ноги за… Дарреном.

 – Ты же весь из себя такой таинственный, с кучей масок, и все такое! – Скрыть язвительность не удалось, и я сама себе удивилась.

Куда подевались мои рассудительность и хладнокровие? Почему я огрызаюсь, как школьница, которую дергает за косички понравившийся мальчик? Тем временем мы вышли на оживленный и освещенный перекресток, и мой знакомый махнул рукой, подзывая извозчика.

– Ты спросила, – невозмутимо пожал плечами Даррен, не отреагировав на мой тон. – Почему бы нет? Мое настоящее имя все равно тебе ничего не даст. А мне приятнее, если ты в своих мыслях будешь называть меня Даром, – усмехнулся этот… провокатор, но ответить я не успела.

Рядом с нами остановился экипаж, и пришлось забираться, мысленно пыхтя от возмущения, но сохраняя бесстрастное лицо. А вот не буду вестись, фиг ему с маслом! В экипаже я демонстративно отвернулась и смотрела на проплывающие мимо дома и улицы, игнорируя Даррена, он же самым бессовестным образом рассматривал меня.

Зараза такая.

Я остановила извозчика поблизости от моей улицы, не желая, чтобы Арман увидел меня с другим мужчиной. Вопросов будет много, и к сожалению, отвечать на них я не готова, да и не хочу.

– Всего хорошего, спасибо, что проводил, – вежливо произнесла я, только подняться не успела.

Дар вдруг ухватил за руку и дернул к себе, и я пискнуть не успела, как оказалась в его объятиях, практически на коленях.

И его губы накрыли мои… Жадно, почти грубо, нетерпеливо, словно я была источником для умирающего от жажды. Дыхание перехватило, воздух резко закончился в легких, а дар речи временно ушел в отставку. Тело зажило собственной жизнью, послушно прильнув, руки обняли за шею, притягивая ближе, и я уже отвечала не менее страстно и жадно, покусывая губы Дара и дразня языком, вовлекая в чувственную игру.