А тут одного взяли с собой, а другой ни сном, ни духом. Пришлось выкручиваться, объясняя, что всё случилось спонтанно, мол – позвали замуж, а я взяла да согласилась.
Старосту тоже пригласили отпраздновать, тот сразу повеселел, забыв про обиды.
- Надобно народу сказать, напомнил он, - там, во дворе собрались.
Пришлось нам с Николасом выходить на крыльцо и принимать поздравления.
Как-то сами по себе во дворе усадьбы появились столы и грубо сколоченные лавки, празднование плавно перетекло на улицу.
Брачной ночи не случилось, как и обещала, я поселила мужа в соседних покоях, благо они уже были прибраны и готовы к новому жильцу.
Правда, мы почти до утра просидели в моём кабинете, обсуждали, как теперь будем жить сразу на две усадьбы. Я ни за что не соглашалась переезжать в дом Николаса, а он не хотел бросать свой. Мы даже чуть не поругались.
Рассказал он и про письмо дознавателя, то самое, которое украла Наталка. В нём говорилось, что мачеха пыталась утаить от властей завещание отца, но когда этого не получилось, оформила надо мной официальное опекунство, позволяющее ей распоряжаться моим имуществом, владеть которым она могла только до моего замужества.
Именно поэтому мачеха решила отправить меня в квартал красных фонарей, ведь никто не возьмёт в жёны порченную девку, на что она и рассчитывала. Вот только теперь этот факт обернулся против неё.
- Тебе стоит подать на неё жалобу, - наставлял Николас.
- Может, не нужно ворошить прошлое?
Мне совсем не хотелось привлекать к себе внимание властей, единственное что меня сейчас интересовало, сможет ли мачеха отменить наш брак.
- Уже не сможет, - заверил меня Николас, - если только докажет, что брачной ночи так и не было, - при этом он хитро улыбнулся.
Мои щёки вспыхнули румянцем, я смущённо отвела взгляд, кажется, всё же погорячилась со своим отказом. И кто меня за язык тянул?
Разошлись по комнатам уже ближе к утру, а проснувшись, я обнаружила у себя на подушке букет полевых цветов.
Когда только успел?
Но больше всего меня удивила вывешенная на крыльце простыня с ярко алым кровавым пятном.
- Это как? Это зачем? – только и смогла я сказать.
Николас показал мне небольшой порез на ладони, добавив:
- Ты же не хочешь, чтобы твоя мачеха оспорила нашу свадьбу? А так вся округа будет знать, что брак состоялся.
А потом мы отправились в Вороново. Там тоже устроили пирушку для всех жителей деревни, не было на ней только Наталки и Никифора.
