Не думаю, что Белла была со мной солидарна, но я наслаждался дорогой. Я радовался каждому мгновению, проведенному с ней наедине. Ее настроение становилось все лучше. Воспользовавшись моментом, я вновь вернулся к вопросам: наверное, я никогда не смогу утолить свое любопытство. Я с радостью встречал каждое препятствие на нашем пути, ведь тогда я мог подхватить Беллу на руки, ощутить ее тепло, вдохнуть ее аромат. Я с удовольствием не отпускал бы ее вообще. Конечно же, мне не стоило труда донести ее до места. Но как только преграда была преодолена, Белла стремилась продолжить путь самостоятельно.
Хотя падений на этом пути было едва ли не столько же, сколько и шагов. Я всматривался в ее сосредоточенное лицо и не скрывал своего ликования, когда она улыбалась мне в ответ. Дорога заняла чуть больше двух часов, но я был согласен, чтобы она длилась еще столько же. Несмотря на улучшившееся настроение, Белла явно не разделяла этого желания. Я уже видел поляну — наш конечный пункт назначения. Для человеческих глаз она была еще слишком далеко, но просвет между деревьями выдавал ее.
Я знал, что Белла сможет оценить красоту этого места. Я достаточно часто бывал здесь, но всегда один, ревностно охраняя поляну от чужих взоров. Я берег ее для Беллы. Но это было не единственное, что я обещал ей показать... Убедившись, что на оставшихся нескольких метрах Белле ничего не угрожает, я молниеносно переместился на самую границу тени и света. Один шаг — и я окажусь под яркими лучами солнца. Один шаг — и между нами станет на одну тайну меньше.
Но как она воспримет то, что увидит? Я подождал, пока она оглядится по сторонам, заметит меня и успокоится, словил ее взгляд... а потом глубоко вдохнул, зажмурился и шагнул на залитую полуденным солнцем поляну.
Глава четырнадцатая
Открывать глаза не хотелось. Как выглядит моя кожа при солнечном свете, я и так отлично представлял: глыба льда — холодная, сияющая и бездушная. И даже если не было бы других отличий, уже одного этого с лихвой бы хватило, чтобы любой понял: мы не люди.
Мы другие... Холодные, сияющие и бездушные. Я слышал, как участилось дыхание Беллы, когда она увидела меня в лучах солнца, но я не мог понять причину такой реакции, не мог услышать ее мысли. Я был готов бесконечно долго стоять вот так, замерев под открытым небом с закрытыми глазами. Я и стоял, пока не услышал звук ее шагов. Она шла очень медленно и осторожно. Она шла ко мне. Я улавливал стук ее сердца, ее дыхание, ее пьянящий аромат.
