Солнечная тайна Изабель

— Глупости!

— Я все-таки жизнь прожила, и кое-что смыслю в этих делах, — она упрямо поджала губы. — Точно вам говорю — маркграфу вы приглянулись!

— И слышать ничего не хочу! — я крутнулась на каблуках и направилась в хозяйственную часть двора. — Пойду, посмотрю, как устроились наши погорельцы.

Но мое сердце радостно трепыхнулось от слов Лучианы. Я, конечно, замечала его взгляды, да и внимание, которое он мне оказывал, не было похоже на проявление дружеской заботы, но делать поспешные выводы не решалась — время покажет.

А возле домишек, постепенно принимавших ухоженный вид, деревенские устроили небольшой праздник. На грубо сколоченном столе стояли вино, сыр и виноград в большом керамическом блюде. Возле него собрались мужчины и женщины, переодетые в новую одежду и, завидев меня, замахали руками.

— Донна Изабель! Просим вас к столу! Не побрезгуйте выпить с нами вина!

— С удовольствием! — я подошла к ним, и рабочие наперебой начали благодарить меня за одежду и угол, столпившись вокруг. Это было приятно, но я чувствовала себя неловко и чтобы прекратить поток дифирамбов, подняла кружку и сказала:

— Давайте лучше выпьем за лучшие времена, которые ждут нас впереди!

— За лучшие времена! — раздались выкрики и сразу же застучали кружки.

Я присела на длинную скамью и переполненная какой-то светлой благостью, принялась наблюдать за детишками, играющими рядом с взрослыми. На душе было хорошо и спокойно.

— Донна Изабель, — рядом присел Густаво и с грустью произнес: — Мужчины сегодня похоронили двух погибших — Арила и старушку Кэтти.

— Это очень печально, — ответила я и сразу же спросила: — Я могу чем-нибудь помочь?

— Помогать-то некому, одинокие они были, — сказал мужчина и немного помолчав, сказал: — Я как раз по этому поводу. Их дома пострадали так же, как и остальных, но я считаю, что их тоже нужно отремонтировать. Несколько семей из работников Антонио Галли, хотят перейти к вам.

— Почему? — я с любопытством посмотрела на него. — Им так плохо у Антонио Галли, что они рвутся в условия, которые намного хуже?

— О, вы многого не знаете, — вздохнул Густаво.

— Я, конечно, не против… но здесь уже не осталось свободных домов. Им придется ждать, когда мы восстановим деревню.