Солнце ночи

— Кто это? — спросил он, тяжело выдыхая воздух ртом.

Ясно. Начинается насморк. Простуда в чистом виде.

— Это Антон, — ответила я.

— Не может допустить, чтобы гость отеля помер голодным?

— Примерно так, — ответила я, улыбаясь.

— Войдите! — сказала я громко. — Не заперто! Дверь открылась, и в комнату вплыл официант с огромным подносом в руках.

— Вот, — сказал он. — Теплое питье для господина Браницкого: настойка боярышника с шиповником. Антон говорит, что это очень хорошее средство при простуде. А вот ваш ужин.

Приговаривая все это, он ловко расставил тарелки и чашки на столе. Присоединил к сервировке большой полуторалитровый термос. Выпрямился и застыл, ожидая указаний.

— Спасибо, дальше мы сами, — сказала я. — Заберете посуду утром, хорошо?

Официант наклонил голову и бесшумно удалился. Я заперла замок, подошла к столу и налила из термоса в чашку ароматную жидкость, исходящую паром. Втянула в себя вкусный запах, сказала:

— Знаешь, пахнет очень приятно. Давай-ка выпьем.

Я помогла ему поудобнее сесть, поднесла к его губам чашку.

— Знаешь, вкусно, — поделился он, вытирая рот ладонью.

— Вот видишь! А ты капризничал! Еще?

Глеб молча покачал головой. Я не стала настаивать. Вернула чашку на стол, а сама уселась рядом на диван. Глеб мгновенно заграбастал мою ладонь.

— Ты такая уютная, — сказал он, улыбаясь.

— Знаешь, такого комплимента я пока не слышала, — призналась я.

— Это хорошо, — сказал Глеб серьезно.

— Почему? — удивилась я.

— Это значит, что ты еще ни за одним мужчиной не ухаживала так, как за мной.

Я задумчиво покачала головой. Пожалуй, не ухаживала. Деньги одалживала, это было. На работу пристраивала. Помогала писать курсовые, дипломные и так далее… Но так никогда не ухаживала. Это правда.

— Катька, выходи за меня замуж, — предложил Глеб.

Я молча постучала кулаком по голове и велела:

— Доставай градусник.

— Ах, да! — спохватился Глеб. — Совсем забыл.

Достал термометр, не глядя, протянул его мне. Я наклонила длинный стеклянный карандаш к свету, неярко сверкнула серебряная ртутная молния…

— Ну вот, — сказала я. — У тебя горячечный бред, как и следовало ожидать. Тридцать семь и восемь.

— Всего-то? — удивился Глеб. — Фигня!

Снова зазвонил телефон. Наверное, Антон желает узнать, понравился ли мне ужин.

Я подошла к аппарату, сняла трубку, спросила железным тоном:

— Катя, доктор прибыл, — отчиталась Светлана.