Обо мне с Игорем… И возможно я приоткрою завесу холодных отношений между отцом и сыном?
— Ты видно заигрался, сынок.
— Пап, — наверняка Игорь сморщил лицо. Он всегда так интересно и смешно хмурился.
— Нет, я не осуждаю тебя, но я не верю тебе и в твои чувства не верю, я боюсь, что ты поломаешь жизнь девочке. Ты видел как она светится? Да что там, конечно, все ты видишь. Но и я вижу со стороны не меньше. Мать бы сейчас заткнула мне рот, видя как ты счастлив. И я тоже в глубине души хочу верить что так оно и есть. Но сам то ты не обманываешь себя? Ты думал что будет с этой девочкой потом? А с Машей?
— Отец! — строго произнес Игорь и я снова услышала как задвигались стулья.
Точнее один стул. И тоже приподнялась, в случае если разговор между мужчинами окончен, тоже следовало уйти в комнату и сделать вид, что ничего не слышала.
— Ладно, Игорь, твоё дело. Только глупостей на наделай. То что ты к ней чувствуешь в итоге либо слетит как налет и отбросит тебя ещё ниже вниз, либо и вправду вернёт тебя к жизни.
Я видел тебя после…
— Отец! — Игоря осекся.
— И достучатся пытался, Игорь! Да, оттепель налицо. Но как надолго?
— Надолго! — услышала резкий голос Игоря, а сердце в груди сделало болезненный кульбит.
Услышала шаги и поторопилась скрыться в комнате. В висках стучало и… мне так хотелось верить словам Игоря. Чтобы эта связь между нами и все чувства действительно оказалось не налетом, который легко устранить, потому что…. Потому что я не знаю как справлюсь с болью и со всеми чувствами к мужчине, когда он очнется и придет в себя, скажет мне, что все это большая ошибка, а раны в его сердце несовместимы ни с одной женщиной.
Почему-то чем дальше, тем отчетливее я начинала понимать, что теряю себя и растворяюсь в человеке, который до конца мне не открылся. Временами я чувствовала его замкнутость. Но тем не менее, не теряла надежд обрести свое счастье и гармонию с этим человеком. И если он делал такие встречные шаги это ведь о чем-то говорило?
Игорь бесшумно вошёл в комнату, матрас прогнулся под тяжестью его тела.
Он слабо коснулся губами моего виска.
— Ты спишь? — услышала я его ровный голос.
— Почти, — повернулась и вжалась в его грудь.
Хотелось просто быть рядом с ним. Пусть даже внутри него по-прежнему жили сомнения и он никак их не показывал. Выводила линии на его груди и думала о том, что готова занимать вторые позиции в его душе и сердце. Но только пусть рядом будет и не замыкается.
— Ты слышала слова отца? — спросил Игорь, и я замерла.
