С каких пор его взгляд стал таким осязаемым, тяжёлым и цеплявшим за живое, словно каждый раз как новое откровение? Его лицо ничего не выражало, а я ощущала внутри изумление и нарастающую тревогу.
— Анечка? — словно в замедленной съемке, я отвела глаза от Игоря и посмотрела на его мать.
— Все хорошо, — медленно проговорила я и натянуто улыбнулась. — Извините и ещё раз, — а когда снова обернулась в сторону гостиной, Игорь уже вклинился в процесс игры.
Елена Александровна смела разбитые осколки веником и выбросила их в мусорку.
Мы вернулись в гостиную с пирогом, но только у меня начисто пропал аппетит и чай я отказалась пить. И в беседе почти не принимала участия, а смотрела на Игоря и ловила себя на мысли, что с этим влечением пора уже что-то делать. Я заметила, что карие глаза Игоря неотрывно следили за мной, не удивлюсь, если я сидела бледная и отрешенная, потому что слова Елены Александровны зацепили меня за живое. Представить страшно, что пережил этот мужчина. Я взглянула на Игоря в ответ и поняла, что смотрела бы в его лицо вечно, оно казалось мне красивым, идеальным, а от улыбок мужчины сердце замирало и я забывала как дышать.
Эти мысли и мечты глупые причиняли мне дискомфорт. А с учётом новых подробностей о жизни мужчины, я понимала, что доступ в его жизнь закрыт. И наше присутствие с Машей в ней ни о чем не говорило и не давало никаких гарантий ни на что. Ровным счётом как и Светлане. Игорь для всех нас по-прежнему был закрыт и отчужден…
— Мама, какие у вас планы на ближайшее время? — вдруг спросил Игорь, а я навострила уши.
Соломон приосанился и подобрался, бросил в мою сторону короткий взгляд и я поняла что не просто так он завёл этот разговор. И несмотря на замкнутость мужчины, успела уже хорошо его изучить за время совместного проживания.
— Игорек, мы с папой решили съездить на море. Нужно набраться сил перед декабрем. Ты же помнишь, что в декабре у меня заказов очень много и…
— Море? — перебил Игорь и довольно усмехнулся.
— Да, жару я не переношу, а сейчас там самые хорошие условия для нас с отцом.
Нагуляемся, я возьму свой мольберт… — мечтательно протянула женщина.
— А что если мы присоединимся к вам? — спросил Игорь, а на лице Елены Александровны отразились удивление и восторг. Нет такое точно нельзя спланировать заранее, потому как отец Игоря свёл брови и серьезно поглядел на сына:
— Хочешь сказать, вот так возьмешь и прям оставишь работу? И с нами поедешь за… Неважно за сколько лет? — спросил Александр Сергеевич.
