Соловей

– Мам, привет! – радостно замахал Даниэль.

– Тш-ш, – одернула его Софи. – Помнишь, как надо?

Даниэль серьезно кивнул.

Оба синхронно повернулись – помост предательски покачнулся – и простерли руки к Вианне.

Антуан поднес ко рту губную гармошку, извлек долгий заунывный звук, повисший в воздухе. А потом заиграл.

Тоненьким чистым голоском Софи затянула:

Софи присела на корточки, а Даниэль подпрыгнул, подхватив:

Вианна прикрыла рот ладонью, не успев сдержать смешок.

Певцы старались вовсю. Софи наслаждалась незатейливой родительской радостью, а Даниэль явно был на седьмом небе.

Словно сцена из прошлой жизни. Странной и прекрасной.

Песня закончилось, и Вианна бурно зааплодировала. Дети величественно поклонились. Даниэль сбросил плащ, спрыгнул на траву и громко захохотал. Вианна встала и вперевалку двинулась к сцене, чтобы поцеловать детей.

– Какая прекрасная идея, – сказала она сияющей Софи.

– Я же был сереьзным, мам, да? – вопросил Даниэль.

– Это мы с папой вместе придумали, – сказала Софи. – Чтобы как раньше.

– Я тоже придумывал! – подхватил Даниэль.

Вианна расхохоталась:

– Вианна? – позвал Антуан.

Но Вианна никак не могла оторваться от детей.

– И долго тебе пришлось разучивать слова? – спросила она у сына.

– Мама, – напряженно сказала Софи. – К нам пришли.

Рядом с Антуаном стояли двое мужчин; оба в поношенных черных костюмах и черных беретах. У одного в руках потрепанный портфель.

– Софи, присмотри за братом, – велел Антуан. – Нам надо кое-что обсудить с этими мсье.

Антуан подошел к Вианне, обнял и повел в дом.

– Я Натаниэль Лернер, – представился тот, что постарше, седой, с кожей в старческих пятнах.

– А я рабби Горовитц.

– Чем мы можем вам помочь?

– Мы приехали за Ари де Шампленом, – мягко сказал рабби. – У него есть родственники в Америке, в Бостоне. Мы получили от них запрос.

Вианна, наверное, упала бы, если бы Антуан не поддержал.

– Мы понимаем, что вы спасли девятнадцать еврейских детей. Это при том, что в вашем доме жил немецкий офицер. Невероятно, мадам.

– Подвиг, – добавил рабби.

Антуан сжал ее руку, и Вианна осознала, что следует что-то ответить.

– Рашель была моей лучшей подругой. Я пыталась помочь ей перебраться в Свободную Зону перед депортацией, но…

– Ее дочь погибла, – сказал Лернер.

– Наша работа состоит в том, чтобы собирать сведения и соединять семьи. Мы разговаривали с женщинами, которые были вместе с Рашель в Аушвице. К сожалению, она продержалась меньше месяца. Ее мужа Марка расстреляли в Шталаг 13А.