Соловей

Дрожащая, кашляющая, мокрая от дождя, она шла мимо разбомбленного аэродрома.

– Что ты делаешь?! – Вианна бежала к ней. – И где твои туфли? У тебя тиф и пневмония, а ты разгуливаешь под дождем. – Она торопливо сдернула с себя плащ и укутала Изабель.

– Мы говорили об этом вчера вечером, помнишь?

Дождь заливал глаза, стекал по спине. Она шумно втянула в себя влажный воздух и почувствовала, как защипало глаза.

– Изабель, ты больна.

– Гаэтон обещал разыскать меня, когда война закончится, – прошептала она.

 – Мне надо вернуться в Париж, иначе он меня не найдет.

– Он в первую очередь станет искать тебя здесь.

Изабель непонимающе смотрела на сестру.

– Он же был здесь, помнишь? После Тура. Он привел тебя домой. И потом еще.

– Он увидит, какая я стала страшная. – Изабель попыталась улыбнуться, но тщетно.

Вианна ласково обняла сестру, бережно развернула к дому.

– Знаешь что, давай напишем ему письмо, прямо сейчас.

– Я не знаю, куда его отправить. – Теряя сознание, Изабель навалилась на сестру.

Смутно вспоминалось, как Антуан несет ее на руках вверх по лестнице, целует в лоб, Софи с тарелкой горячего бульона, а потом ничего… только ночь.

И Вианна дремлет в кресле у окна.

Изабель закашлялась. Вианна тотчас оказалась рядом. Усадила, придержала. Затем смочила кусок чистой ткани и положила на лоб Изабель.

– Еда во мне не держится.

Вианна подтащила кресло поближе к кровати. Погладила горячие щеки сестры, заглянула в запавшие глаза:

– У меня есть для тебя кое-что.

 – Она быстро вышла из комнаты и вскоре вернулась с желтым конвертом. Протянула его Изабель: – Это для нас. От папы. Он заходил сюда по пути к тебе в Жиро.

– Папа? Он сказал тебе, что собирается сдаться немцам, чтобы спасти меня?

Вианна молча кивнула.

Буквы на конверте расплывались перед глазами. Зрение совсем никуда.

Вианна надорвала конверт, вытащила листок, начала читать:

Изабель прикрыла глаза и откинулась на подушки. Всю свою жизнь она ждала этих слов – ждала его любви, – но сейчас не чувствовала ничего, кроме горечи.

Когда у них было время, они не сумели любить друг друга, а потом время вышло.

– Береги Софи, и Антуана, и своего малыша, Вианна. Любовь – такая ненадежная штука.

– Не надо, не делай этого, – сказала Вианна.

– Не прощайся. Ты поправишься, окрепнешь, найдешь Гаэтона, вы поженитесь и приедете сюда как раз на крестины моего малыша.

Изабель вздохнула, открыла глаза:

– Какое прекрасное будущее.

Прошла неделя.