Сон в заснеженном саду

Торн выдернул руку у дочери и окатил ее презрительным взглядом.

– Так от кого же ты беременна? – требовательно спросил он.

– Обещай, что не убьешь его! – взмолилась Кристин и, получив в ответ подобие улыбки, продолжила: – Это Джим.

– Джим, мой шофер, – слабым голоском проговорила Кристин.

Мейсен Торн медленным взглядом обвел комнату, пока его глаза не остановились на стуле, где только что сидела его дочь.

– Где сейчас этот мерзавец?!

– Нет, папа! – твердым голосом остановила его Кристин. – Если хоть волосок упадет в головы Джима, я уеду на Ближний Восток, выйду замуж за шейха и буду жить в гареме.

 – Наверное, в тот момент она действительно верила в то, о чем говорила.

Мейсен Торн медленно опустился на стул.

– Зачем ты хотела выйти за него? – Он указал на Дэвида.

– Ты бы никогда не позволил мне быть с шофером!

– Я и сейчас не позволю. Ты выйдешь за него!

Дэвид ощутил болезненный тычок в бок.

– Нет! – в один голос возразили Кристин, Дэвид, Мэгги и Генри.

Но Мейсен услышал только голос Мэгги.

– Не пойму, Мэгги, ты на чьей стороне? – спросил он, угрожающе сдвинув брови.

Однако испугать Мэгги после всего, что она пережила, было невозможно.

– На стороне справедливости. Один мужчина не должен по принуждению отвечать за проделки другого мужчины и спасать честь нелюбимой женщины.

Генри одобрительно кашлянул и незаметно похлопал Мэгги по спине.

Торн отвернулся к окну. Мэгги перевела дух и приготовилась к новой схватке.

– Раздевайся! – приказал Торн Дэвиду.

 – И поаккуратнее, не помни брюки.

Дэвид уставился на несостоявшегося тестя во все глаза, подозревая, что тот тронулся умом от новостей. Но Торн, похоже, был в здравом рассудке.

– Приведите этого олуха Джима, – велел он, не обращаясь ни к кому конкретно. – Он в моем белом лимузине.

Кристин бросилась отцу на шею, а Генри, перехватив инициативу у племянника, по-мальчишески резво бросился вон из комнаты.

Несмотря на все прошлые обиды, Мэгги тоже весьма высоко оценила проницательное решение мистера Торна, проникшись его неожиданным благородством.

И пусть ей были известны истинные, глубоко спрятанные причины этого поступка, она с легкостью притворилась, что восхищается мудростью своего давнего врага.

Вопреки опасениям Мэгги, дети с радостью восприняли ее решение выйти замуж за Дэвида. Разумеется, сначала, как и полагается в настоящей дружной семье, Мэгги посоветовалась по отдельности с матерью, с Крисом и даже с малышкой Лиззи.