- Ты нашла, кто будет за ними присматривать? Если нет, я могу прислать кого – нибудь из….
- Я нашла. – Перебила нага. Его попытка всунуть нос в наш быт, могла бы насторожить, если бы не одна странная догадка. – Шаян, ты же понимаешь, если попробуешь поставить метку на ком – нибудь из моих девочек до совершеннолетия, Ронни лично проводит тебя в долину Харанмата? - Под потолком раздалось одобрительное «КАР!».
- Метку нельзя поставить, пока Ронда не достигнет двадцати. – Пробубнил Шаян. – Зря ты так обо мне думаешь.
Я должен опекать найру, а не…
- Я не думаю, я предупреждаю. - В кухне снова повисла тишина. – Можешь приходить в гости. Иногда. Как друг семьи.
Камилл
Камилл, не в самом хорошем расположении духа прогуливалась между розовыми клумбами. Яркие цветы, в своем последнем цветении, пахли особенно сладко. Долгие прогулки на свежем воздухе стали для сэйи Шутрук своеобразной отдушиной. Она могла часами наблюдать за жизнью мелких насекомых, птиц и садовых растений. Иногда записывала свои наблюдения в тонкую, ученическую тетрадь.
В такие юные маги записывают заклинания, комбинации рун и магические плетения. Конечно, она могла бы приказать принести ей что-то более существенное. Но, всерьез полагала, что для пары ничего не значащих заметок этого будет достаточно.
Тесный особняк, капризы Виленты, безразличие супруга и неопределенность, изрядно измотали женщину. Но, все эти неудобства казались мелочью, временными трудностями по сравнению с невозможностью сесть за игральный стол.
Несколько раз Камилл пробовала найти себе партнера по картам среди обитателей особняка.
Слуги, предсказуемо, отказывали сэйе в этой маленькой радости. Вилента в картах оказалась настолько бездарна, что никакого удовлетворения от партии Камилл не испытала. Наоборот, раздражение только нарастало. Сэйя Кюри, как и остальные, категорически отказывалась в этом участвовать. Ссылалась на прямой запрет Дариша. Камилл особо не возражала. Нереализованный азарт, конечно, не давал спокойно жить. Но, женщина прекрасно осознавала, какие последствия ждут смотрительницу в случае неповиновения.
Оставалось надеяться на то, что рождение ребенка смягчит сердце Советника и жизнь вернется в прежнее русло.
Погрузившись в свои мысли, Камилл не заметила, как к ней подошла Вилента. Беременность, вопреки ожиданиям, дейру не красила. Бледная кожа, сильные отеки, мешки под глазами не добавляли ей ни молодости, ни очарования. Из улыбчивой пышки девушка превратилась в грузную, раздраженную женщину.
