— Так это и есть ваша сестра, о которой говорят все соседи?
— Да, это моя сестра Шейндля, наша гордость, — кивнула Фейга.
— Сколько тебе лет, девочка? — спросил барон Соню.
— А сколько вам надо?
Гость расхохотался:
— Мне, детка, надо столько, чтобы ты была достаточно разумной и не задавала ненужных вопросов.
— Пан барон, — вмешалась Фейга, — девочка взрослеет не по дням, а по часам. И я гарантирую вам отсутствие всяких глупостей и бестактностей. — Повернувшись к сестре, она тихим жестким голосом велела: — Пригласи пана Лощинского в свою комнату и покажи, как хорошо ты играешь на фортепиано.
Соня молча развернулась и начала подниматься по лестнице. Барон поднялся с кресла и, получив одобрение Фейги, двинулся следом. Оглянувшись на сопящего и с трудом поднимающегося по крутым ступенькам немолодого господина. Соня тихо рассмеялась в ладошку.
В своей комнате девочка подошла к фортепиано, открыла крышку инструмента, уселась на стульчик и пробежалась пальчиками по клавишам. Барон остановился сзади, окинул взглядом изящную фигурку, перевел взгляд на ловко бегающие по клавишам тонкие пальцы.
Провел ладонью по голове Сони, пробормотал:
— Какие пальчики! Их бы целовать, любить, кусать…
Девочка перестала играть, поднялась, растопырила пальцы перед лицом пана Лощинского.
— Пальчики у меня золотые, пан барон. Имейте это в виду.
— Имею, детка, — засопел тот, обхватил Соню за талию, стал страстно целовать ее руки, глаза, лицо. — Конечно имею! С ума сойду… Ничего не соображаю… Любимая, желанная…
Соня, со смехом отбиваясь, нащупала в боковом кармане его брюк цепочку, ловко оттянула кармашек и вытащила оттуда увесистые золотые часы.
Быстро сунула их себе под юбку, резко оттолкнула барона:
— Что вы позволяете себе, пан барон!
— Деньги, золото, богатство… Требуй все, что захочешь, только позволь прикасаться к тебе, деточка, — продолжал бормотать тот, не в состоянии прийти в себя. — Не гони прочь, не отказывай! Ты не представляешь, какая ты восхитительная!.
.
— А что скажет ваша жена?
Барон оторопело уставился на нее:
— А почему она должна что-то говорить?
— Вы не любите ее?
— С чего ты взяла?
— Тискаете меня!.. Вам что, жены не хватает?
Пан Лощинский в крайнем смущении отступил на пару шагов, растерянно пожал пухлыми плечами:
— Жены, конечно, хватает. Но… ты такая молоденькая, восхитительная.
Соня подошла к нему:
— Тогда женитесь на мне. Вы мне нравитесь. Толстенький, богатенький, я люблю таких.
