Но дама, которая сидит на этой страшной скамье, сумела проникнуть в мой город и принести ему чудовищный по своей бессмысленности урон. Она сделала его посмешищем во всей Германии! Она опозорила жителей города, память о великом графе Типлице. Опозорила лично меня! Теперь мы не просто жители Типлица, а типлициане!
— Нас она тоже опозорила! — выкрикнул Циммерман.
— Папа, перестань! Сядь, нас выгонят! — дернул его за полу Мойша.
— Я целиком и полностью поддерживаю вас, господин председатель, — невозмутимо продолжал немец.
— И требую для данной дамы самого серьезного и сурового наказания.
В зале стало тихо. Сонька приложила руки к груди, тихо произнесла:
— Мои сочувствия славному городу Типлиц.
Вильгельм Вернер сел, а председательствующий одобрительно кивнул ему и показал на банкира Догмарова.
— Свидетель Догмаров, что вы можете добавить к тому, что изложено вами в письменном объяснении?
— Ничего, кроме того, что я хотел бы вернуть украденные деньги, — ответил тот.
— Размечтался, — под общий смех буркнул кто-то.
Председатель жестом велел подняться Мирре Грильштейн.
— Ваше имя, свидетельница?
— Мирра Грильштейн, — с ухмылкой ответила она.
— Род занятий?
— Просто дама с Одессы. Без занятий.
— Вы знакомы с подсудимой?
— Первый раз вижу.
— Но вас задержали вместе с нею в картежном доме Одессы!
— Брехня! Я шагала мимо, меня схватили какие-то биндюжники, как потом оказалось, полицейские, и потащили в участок. А эту дамочку я наблюдаю впервые.
— Вы пока что находитесь на скамье свидетелей.
За ложные показания вы можете очутиться рядом с подсудимой.
— Очень даже было бы приятно. Она такая интересная и умная, что не грех посидеть рядом.
Председатель заиграл желваками и повел допрос дальше.
— Свидетель Циммерман, вы узнаете свидетельницу Грильштейн?
— Обязательно, — поднялся ювелир. — Она помогала Соньке Золотой Ручке проводить махинации в моем магазине. Потом появились двое полицейских, которые оказались обыкновенными босяками, и все вместе сбежали. — Он повернулся к сидящему сыну.
— Мойша, чего молчишь?
— Свидетель Мойша Циммерман, — обратился к отпрыску председатель. — Вы подтверждаете показания отца?
— А как я могу не подтвердить? Иначе он просто сгрызет меня, ваша честь.
— Вы видели Мирру Грильштейн в вашем магазине?
— Мирру, может, и не видел, а данную дамочку обязательно. Пока она отвлекала, Сонька воровала.
— Ваша честь, — вмешалась Сонька под смех развеселившейся публики, — я не та, за кого вы меня принимаете.
