Соотношение сил

Я перестал для тебя существовать. А ведь то же самое происходило с мамой. Конечно, я виноват, мне следовало давно покончить с этим, но я верил в твой здравый смысл, надеялся, что ты не поддашься его страшным чарам.

Герман не услышал, продолжал говорить, поглаживая ее ледяную руку:

– Он планомерно сводил тебя с ума, как когда-то маму. Она погибла из-за него. Я не допущу, чтобы ты стала следующей жертвой. Я слишком тебя люблю. Наконец он уехал. Этот кошмар закончился. В нашем доме не должно ничего остаться от его шарлатанства.

Ни клочка, ни строчки, ничего!

Герман убрал влажную салфетку, поцеловал ушибленное колено, накрыл Эмму пледом, потянулся к журнальному столику, зашуршал газетой.

– Послушай. – Он принялся читать вслух комически-серьезным голосом: – «Во время одного из сеансов связи профессор Маркони рассказал своему любимому ученику Луке Валетти, что, настроив излучатель определенным образом, можно не только входить в контакт с потусторонними мирами, но и успешно делить изотопы урана. При помощи лучевого метода удастся получить больше пятидесяти килограммов обогащенного урана в сутки».

 – Он бросил газету на пол. – Вот так, малышка. Ты была в двух шагах от общения с марсианами и деления изотопов при помощи магических лучей.

– Это английская утка, они что-то пронюхали и пытаются сбить меня с толку, – отчетливо произнесла Эмма.

– Совсем плохо дело, – прошептал Герман. – Неужели придется обратиться к врачу? Нет, ни за что! Я должен справиться сам. Никому не отдам мою малышку!

Он поцелоловал ее в лоб, погасил торшер возле дивана, поправил кочергой поленья, сел в кресло, закурил.

В камине плясали язычки пламени. Эмма смотрела в потолок и глухо, монотонно твердила:

– Выборочная ионизация достигается при помощи излучения высокого уровня монохромности… Сдвиг по энергии между уровнями три, десять, пятнадцать электронвольт. Частотный сдвиг между спектрами восемь гигагерц… Метод деления изотопов урана Эммы Брахт. Резонатор вынужденных излучений Эммы Брахт.

Сентябрь был сухой и теплый, Маша жила на даче в «Заветах», днем гуляла в роще, бродила по берегу реки Серебрянки, вечерами читала на веранде.

Проглотила всего Чехова, от первого до последнего тома, взялась за Толстого.

Она привыкла к своему огромному животу и чувствовала себя священной коровой. Мама, папа и Вася по очереди навещали ее, иногда кто-нибудь оставался ночевать.

Илья приезжал на дачу поздно ночью. В этом смысле никакой разницы с московской жизнью не было.