Соперник

Он совсем не знал меня, не представлял, чем я интересуюсь. Мы говорили только о каких-то глупостях.

Как только он удовлетворял свою потребность в сексе, сразу уходил. Ни о каком ребенке говорить и смысла не было. Если бы он узнал о нем, то, несомненно, сбежал бы. Мэдок совершенно не был готов нести за кого-то ответственность. И неизвестно, будет ли когда-нибудь способен к этому.

По дороге в Шелберн-Фоллз, куда мне надо было вернуться из-за матери, я слушала громкую музыку, пытаясь заглушить нарастающее чувство вины.

Утром мать написала, что я оставила в доме свои вещи и если я не приеду их забрать, то все это отправится в помойку.

Я покачала головой и потерла усталые глаза. Черные металлические створки ворот медленно разошлись в стороны, когда я, набрав код, медленно въехала во двор на G8.

Была суббота, около двенадцати пополудни, и по голубому октябрьскому небу плыли редкие облачка. На улице было прохладно, а я не взяла с собой куртку. Ничего, обойдусь толстовкой с джинсами.

Волосы были распущены еще с прошлой ночи, но, приняв с утра душ, я их слегка расчесала. Мне почему-то хотелось, чтоб на волосах оставался запах Мэдока вместе с кусочками травы, которые я до сих пор там находила. Припарковавшись напротив дома Карутерса, прямо за маминым авто, я взяла с пассажирского сиденья очки.

Они появились у меня много лет назад и были предназначены только для чтения, но я носила их почти постоянно. В них я чувствовала себя более защищенной.

Войдя в дом, я пересекла фойе, прошла в лестничный холл и через него в заднюю часть здания.

В нем стояла тишина. Он казался таким пустым, будто всех воспоминаний, связанных с ним, и семьи, что тут жила, не было вовсе. Холод мраморного пола проникал сквозь подошвы кедов и пробирал до костей, а высокие потолки больше не сохраняли тепло.

Заглянув во внутренний дворик через стеклянные двери, я увидела Эдди. Она подметала вокруг бассейна, уже затянутого на зиму брезентом."

"Присмотревшись внимательнее, я заметила, что джакузи тоже накрыто.

Когда мы здесь жили, им пользовались и в холодные месяцы, как и садовой мебелью, и зоной барбекю. Отец Мэдока любил жаренное на открытом огне мясо, и они с Мэдоком могли взяться за приготовление стейков даже в середине января.

А теперь весь внутренний дворик был в запустении. Ветер кружил по нему сухие листья, и все старания Эдди привести его в порядок были тщетны. Да она и не особо пыталась.