Поэтому, когда я начала искать себе место, указала в резюме прошлое место работы и скрестила пальчики на удачу, чтобы не попасть.
Счастливых трусиков у меня при себе уже не было, но вдруг бы повезло?
Наверное, небеса устали проливать на меня дождь из неприятностей, поэтому мое резюме вызвало положительный отклик и мне удалось устроиться на работу.
Расстроенный, хмурый риелтор – плохой риелтор.
Поэтому я старалась фонтанировать весельем и быть на позитиве. Как никак, у меня еще был испытательный срок, и я просто не могла показать себя с дурной стороны.
– Квартира располагается в шаговой доступности от центра мегаполиса. Пять минут до остановки автобуса, две минуты до остановки метро, – продолжала тараторить я, пытаясь удержать улыбку на губах, общаясь по телефону с клиентом. – Вы из другого города? Могу устроить вам онлайн показ…
Договорившись о встрече с клиентом, я просмотрела список успешных сделок. Кажется, довольно неплохо. До прежнего уровня мне еще предстоит вновь подниматься, но думаю, я справлюсь.
Другого выхода у меня нет.
После работы я решилась приехать к подруге, подругой Олю я могла называть теперь только в кавычках, потому что ее поступок был отвратительным, от нее несло завистью за несколько километров. Откровенно говоря, мне было неприятно даже думать о ней, видеться не хотелось еще меньше, но я была обязана узнать судьбу маминых сережек во что бы то ни стало! Поэтому, в очередной раз переступив через собственное «не хочу», я приехала к ней домой.
Я постучала несколько раз по двери, предварительно закрыв глазок ладонью, воспользовалась хитростью Якуба и на вопрос, заданный дрожащим голосом: «Кто там?», ответила уверенно:
– Новая соседка, вы меня топите! Открывайте немедленно!
Оля осторожно отперла дверь, я дернула ее в сторону.
– Привет!
Она отшатнулась и постаралась затянуть халат на груди.
– М-м-мия? Это ты?!
– Это я. А что, больше не надеялась увидеть меня живой?!
– Нет-нет, что ты… Я…
– Замолчи, пожалуйста.
Мне на тебя глубоко плевать! Скажи только одно, ты действительно выкинула мамины сережки, как сказала людям Барановича?
Она собралась что-то ответить, но я остановила ее словами:
– Прежде чем соврать мне, подумай вот о чем, Оля. Я выбралась из лап этих ублюдков, а сам Баранович гниет в тюрьме. Его влияния оказалось недостаточно. Соврешь – сделаешь себе еще хуже!
– Я… Ты даже не спросишь, как я?
– А что? Жива. На ногах стоишь. Дышишь.
