Вместе с оргазмом приходит дикое желание вырубиться. Я не скотина, просто мой лимит почти исчерпан. Я функционирую на одном проценте мощности.
Упираюсь лбом в кулак, чувствуя, как в мой живот уткнулся лоб Оли. Она молча дышит, впившись пальцами мне в ягодицу.
– Ты и правда соскучилась, – бормочу."
"Запрокинув голову, смотрит на меня предупреждающе. Глазами просит заткнуться. Не проблема.
Вдохнув теплый пар, раздуваю легкие вместе с грудной клеткой.
Помогаю ей подняться на ноги и смыть с себя мои “аплодисменты”.
Намылив пальцы, тру большим ее щеку, пока она растирает гель по груди.
Ее макияж поплыл, волосы частично намокли, щеки раскраснелись.
– Я с ног валюсь, – смотрю на нее исподлобья.
– Я заметила, – кусает губу.
Смывает макияж и мои следы, пока достаю для нас с ней чистые полотенца из стопки на полке.
Оля трет кончики волос, пока я растираюсь своим полотенцем.
В мою постель она забирается без слов, споров и комментариев. Просто отбрасывает одеяло и укладывается на левую сторону.
Голая, теплая и тихая. Длинные ноги и плавные линии тела скрываются от моих глаз.
Я устал, но я не мертвый.
Выключая свет, готовлюсь к тому, чтобы окунуться в волшебную изнанку этой элементарной вещи – спать вместе. В моей жизни это давным-давно не традиция. Я не спал с женщиной в одной постели минимум три года. И я голодный до этого. Я хочу этого каждую ночь. Видеть ее в своей постели. Настолько, что опять боюсь начать давить.
Оля вздрагивает, тихо сопя в темноте, когда укладываюсь рядом.
Удовольствие от соприкосновения с ее кожей дает чувство пресыщенности, от которого в башке вращение. Даже сквозь него толкается желание быть гребаным собственником. Перехватываю одной рукой плоский мягкий живот, прижимая спину к груди и голую задницу к паху. Проталкиваю другую руку под соседнюю подушку и утыкаюсь носом в шею. Кусаю ее. В ответ получаю дрожь и тихий стон.
– Перестань… – шепчет в темноте.
– Хочешь меня?
– Я не занимаюсь сексом с трупами…
– Да, дерьмовая затея… – смеюсь.
– Завтра я весь твой, – обещаю и выключаюсь по щелчку.
Глава 52
Оля. Наши дни
Я видела его таким триллион раз.
Распластанным на кровати и спящим мертвым сном. Лежа на животе, обнимает руками подушку, тяжелая голова тонет в ней, край одеяла скрывает голый зад, но не срывает две ямочки у основания окруженного мышцами позвоночника. Несмотря на то что кровать у него огромная, Чернышов в ней занимает две трети.
Его маленькая копия спит точно так же.
