Потягивая вино, я занимаюсь тупо тем, что рассматриваю вырез ее платья, миксуя это занятие с участием в общей беседе.
На Оле нечто обтягивающее и черное. Платье, которое обрисовывает каждый контур ее тела. Все это дополняется ювелирным гарнитуром, который сегодня утром вручил ей Боря вместе с цветами. Я не видел ее реакции. Я и раньше дарил ей украшения, просто они были не такого размаха, и мне почти не приходилось видеть, чтобы она их надевала.
Сегодняшний день – исключение из этого правила. На ней полный комплект.
Серьги, кулон, кольцо и браслет. Камни искрятся, как фонари. Красиво. Идеально. То, что нужно.
Ловлю ее взгляд на своем лице и подношу к губам бокал.
Последний час больше всего на свете я хочу до нее дотронуться. Провести ладонью по гладкой ткани этого платья и почувствовать каждый изгиб. С тупым упоением я варюсь в мысли, что моя женщина потрясающая. Внутри этой мысли гарцует другая. О том, что когда-то я перестал давать ей это понять. Это непростительно. Но она простила. Потому что слишком меня любит.
Я люблю ее. Так сильно, что впервые за хренову кучу лет чувствую себя полноценным.
Мы приехали отдельно. Будто кому-то из присутствующих может быть непонятно, какого хрена я делаю за этим столом. Назвать меня случайным гостем при любом раскладе можно с большой натяжкой.
Ее двоюродная племянница Ангелина того же мнения. От ее любопытных взглядов на моей роже уже не осталось живого места. Как и от взглядов моего шурина. Романов вместе с женой сидит напротив. Люба в основном молчит, но она умеет разговаривать, насколько я знаю.
Очевидно, ее очень смущает внимание моей тещи. Та глаз с нее не сводит, ну а Саня сегодня подрабатывает клоуном. Травит байки о своих студентах, обходя вниманием то, что его жена до недавнего времени тоже была его студенткой.
Помимо них, меня и Оли, за столом присутствует ее подруга Маша, отец, новоиспеченный муж Ангелины и мой сын. На Мишане черный костюм с бабочкой, в руках мой телефон с запущенной на нем игрушкой. Болтая ногами, он зависает в ней на соседнем от меня стуле.
Подарочные цветы разместили на подоконнике. Среди них есть розы, я не сомневаюсь – выбор родителей. Вообще-то, розы Оля не любит. У ее бабушки был розарий, и внучку она впрягала в процесс ухода за ними на добровольно-принудительной основе. Примерно с апреля по ноябрь Оля ходила с расцарапанными руками. Я бы сказал, что розы она ненавидит, и, скорее всего, этот букет здесь забудет, потому что дотрагиваться до них она тоже ненавидит.
