Они у нее довольно быстро закончились. Это у нее от недосыпа. Я вышел из того возраста, когда после свидания с девушкой подсчитываешь, сколько раз у тебя “получилось”, но этой ночью вынужден собрать статистику. Три раза. Вместо того чтобы выспаться нам обоим.
Я тоже не в лучшей форме, из-за этого чувствую себя пенсионером, хотя улыбка на губах Оли и смешинки в ее глазах говорят мне о том, что она разделяется со мной всю соль ситуации.
Мы всю ночь трахались, и обоюдно в очень дерьмовой рабочей форме сегодня.
– Когда вы планируете открытие? – спрашиваю ее.
– Когда наберем учеников, – говорит Оля. – Летом дети разъедутся на каникулы, так что до осени мы, скорее всего, будем дурака валять… может, хочешь стать нашим клиентом? – закусывает улыбающуюся губу.
– Если у вас есть персональные программы, – хмыкаю.
– Я что-нибудь придумаю. Специально для категории “капризных и очень занятых”.
– Я не капризный.
– Я знаю…"
"Протянув над столом руку, я убираю с ее бледной скулы выпавшую ресничку и спрашиваю:
– Хочешь еще чего-нибудь?
Она замирает от неожиданности и смотрит в мои глаза, не моргая.
Убираю руку, успев нежно коснуться маленького следа от своей щетины на ее подбородке.
– Нет, мне уже нужно ехать за твоим сыном… – напоминает, прикрыв на секунду глаза.
Ее губы похожи на два коралловых лепестка, но целовать ее на публике мне не хочется. Как и всегда, наша с ней личная жизнь – абсолютно частная территория.
Боря отвезет ее в детский сад, а потом доставит их домой. У нее занятия до вечера, а у меня тренировка в спортзале.
Неопределенность наших отношений больше меня не напрягает. Я никогда не плавал по течению, но сейчас внутри такой покой, что готов бездумно плыть куда угодно.
На улице солнечно.
Ищу во внутреннем кармане пальто солнечные очки и надеваю, прекращая в хвост и гриву щуриться.
Оля идет рядом, оставляя свое пальто расстегнутым. Под ним у нее платье до колен очень консервативного вида, а на ногах туфли с плоской подошвой, но вся эта строгость для меня не работает, потому что с собранными наверх волосами ее лицо, как всегда, теряет пятерку лет, становясь таким чертовски юным, что мне хочется ее сожрать.
Когда до моей служебной машины остается метров пять, убираю очки обратно в карман и ловлю Олин локоть. Тяну ее к себе под тихий писк:
– Руслан…
Повернувшись спиной к тротуару, обнимаю ее руками и полами своего пальто. Губами прижимаюсь к ее волосам, пока вокруг моей талии оборачиваются Олины руки.
