Сорванная помолвка

Итак, прекрасная фьорда, перед вами единственный и неповторимый наследник славного древнего рода…

При этих его словах я невольно заулыбалась, но улыбка пропала сама собой, когда он продолжил:

– …Бруно Берлисенсис.

– Бруно Берлисенсис? – переспросила я, надеясь, что ослышалась.

– Так точно, Бруно Берлисенсис.

Я растерялась. Он никак не мог быть Бруно Берлисенсисом, ведь того я видела собственными глазами, и они не сказать чтобы совсем не были похожи, но все же… А вдруг они просто родственники? Я уцепилась за эту мысль и спросила:

– А род Берлисенсисов большой?

– Бабушка, родители, я и сестра, – ответил он, недоуменно на меня поглядывая.

 – Но сестра замужем, так что ее можно не считать.

– И никаких других Бруно Берлисенсисов нет? – уточнила я, не желая до последнего признавать такую правду.

– Нет конечно. Откуда им взяться? – уверенно ответил Бруно.

Ответ убил меня наповал. Стоящий напротив меня фьорд не был тем, за кого сейчас себя выдавал. Меня прошиб холодный пот, когда я поняла, что это вражеский шпион.

Что он проник к нам, в глубь Империи, в такое место, о котором даже не все знают, с целью выведать наши секреты. Тогда понятно, почему он пошел в обычные войска – туда попасть намного легче, чем в магические. А сейчас он в армии уже своим считается, переведут, и… И все – наши секреты ему доступны.

Я посмотрела на Бруно (или как там его зовут на самом деле)? Не хотелось верить, что он шпион. Он такой честный, открытый, заботливый. Но ведь шпионы и должны выглядеть такими? Должны внушать доверие, казаться надежными, как скала.

– Дульче, что с тобой? – заботливо спросил Бруно.

Или нет, какой он Бруно?

– Мне нехорошо, – ответила я почти честно.

– Это все Кастельянос, – уверенно заявил шпион. – Он тебя слишком нагружает. А ты еще энергией расплачивалась за посылку, вот и поплохело. Нужно пойти домой и лечь.

– Да, наверное, – тихо ответила я.

Я понимала, что должна рассказать, что этот фьорд – совсем не Бруно Берлисенсис. Но его же посадят. А если не посадят, он причинит вред нашей Империи… Нельзя такое скрывать! Я жалобно посмотрела на шпиона.

– Дульче, тебе совсем плохо? – забеспокоился он. – Давай, как дойдем до дома, я схожу за фьординой Каррисо? Пусть тебя посмотрит.

Я чуть не заплакала от его заботливости. Но молчать я не должна, я же Кихано. Может, ему совсем мало дадут? Он же еще ничего не успел сделать. А в тюрьме его можно будет навещать, носить передачи… Я горестно всхлипнула, представив этого фьорда за решеткой.