Сорванная помолвка

Ведь такого воспитанного фьорда непременно расстроит, если окажется, что его бабушка действительно так некрасиво поступила. Но, с другой стороны, если какой-то жулик выдает себя за представителя их семьи, наверное, все же нужно рассказать, чтобы семья могла защитить свою честь?

К обеду я вернулась в госпиталь. От занятий меня освободили, но была еще работа. Не могу же я допустить, чтобы Лусия за меня ее делала? Я ночь не спала по собственной глупости. Как хорошо, что я ни с кем не поделилась своими размышлениями о шпионах, кроме как с комендантом, а ему по должности положено хранить секреты.

– Дульче, ну и видок у тебя, – сказала Лусия, когда я зашла к ней, перед тем как подняться в свое отделение.

– А все потому, что плохо ешь, – заявила она, и в тарелку, которая уже стояла передо мной, плюхнулся второй кусок мяса. Даже больше первого. – И перед сном не гуляешь. Вот погуляла бы с Рамоном, как он предлагал, сразу сон бы наладился. Он целитель, он видит, чего тебе не хватает.

Я чуть не сказала, что если судить по его поступкам, то не хватает мне шоколада, причем очень сильно не хватает.

Настолько сильно, что мой организм его уже и вместить не может. Но суп так аппетитно пах, а говорить с набитым ртом не только неприлично, но и не слишком удобно, поэтому я просто махнула рукой и приступила к обеду.

Лусия ворчала на мое нехорошее поведение и говорила, какой Кастельянос замечательный и как мне повезло, что он мне хочет помочь. И тут я поняла, что мне есть, что ответить.

Бруно вчера сказал, что я его девушка, а значит, гулять вечерами мне теперь будет с кем. Я невольно заулыбалась, и сменщица умиротворенно сказала:

– Да, будущей фьордине Кастельянос повезет.

До будущей фьордины Кастельянос мне не было никакого дела. Кроме того, если он продолжит столь активно помогать всем пришедшим в отделение, у него совсем не останется времени, чтобы заниматься собственной личной жизнью.

– Ему ее еще найти надо, а он не торопится, – сказала я, отодвигая опустевшую тарелку.

 – Спасибо, Лусия, я побежала.

– Как это – побежала? – встрепенулась она. – А второе? А договорить про Рамона? Как это – еще найти надо?

– Второе в меня не влезет. А личная жизнь фьорда Кастельяноса меня не касается.

Лусия растерянно захлопала глазами. Было это довольно уморительно, но я не стала на нее долго смотреть, а выскочила из столовой, пока она не опомнилась. Меня несколько удивила ее реакция на то, что второе в меня не войдет.