Сорванная помолвка

 – Только ты, Дульче.

Теперь я твердо уверилась, что у него сотрясение. Чем я могу помочь со своим скудным набором заклинаний? И я бы даже проводила его назад в госпиталь, если бы он молчал по дороге. Но он бледным не выглядит, и румянец такой здоровый… Или нездоровый? Нет, нужно посмотреть в справочнике, чтобы увериться.

– Фьордина Каррисо вам непременно поможет, – твердо сказала я. – До свидания, фьорд Кастельянос.

– До свидания, Дульче.

На следующий день я очень хотела увидеть   Бруно и спросить, как он после вчерашнего.

Уж слишком фьорд Кастельянос был на него зол. Мог и сегодня продолжить воспитание. Нет, в его возрасте непременно нужно иметь детей, чтобы было на ком оттачивать воспитательные навыки.

Что такого страшного случилось, если мы совсем немного покатались на тележке? Никто не пострадал, и накопитель я полностью зарядила… Госпиталь остался только в выигрыше. И энергия у меня уже полностью восстановилась. Жаль, на почте ее принимают только для оплаты посылок. А для переговоров нужны эврики, и до следующей зарплаты с родными не поговоришь.

И отправлять мне нечего. Не шоколадки же фьорда Кастельяноса? Это даже несолидно – расплачиваться магией за пересылку шоколадок.

Я вздохнула. Очень хотелось узнать, как там сестра и бабушка. И что они сказали Алонсо о моем поступке. И что Алонсо сказал им. Нужно подсчитать, сколько осталось денег. Возможно, на один звонок хватит?

Довольный голос Кастельяноса вырвал меня из размышлений о своих родных:

– Дульче, чего грустишь? Сегодня такой день замечательный! Смотри, какое солнце.

Можно подумать, скоро опять наступит лето.

– А оно в любом случае наступит, – осторожно ответила я.

Меня столь радостное состояние удивило. Вчера вечером он был такой несчастный и меланхоличный, а теперь радость из него просто брызжет во все стороны, того и гляди, зальет отделение. Но тут я поймала чуть насмешливый взгляд фьордины Каррисо в сторону коллеги и вспомнила, как вчера посоветовала обратиться к наставнице.

Вот она ему и помогла.

– Но сегодня день действительно замечательный, – обрадованно сказала я, – давно такого не было.

– Вот именно! – Кастельянос подмигнул и довольно фамильярно уселся на край стола, за которым я пыталась учить. При этом под его филейную часть попала моя тетрадь для записей, но целитель не обратил на это никакого внимания и невозмутимо продолжил: – Просто преступление провести такой день за зубрежкой. Предлагаю пойти куда-нибудь прогуляться.