Сорвать маску

Его не интересовали шахматы, шашки, шарады или кроссворды.

– Возможно, преступления совершил не один человек, – скептически заметил Анджели. – Вы сами упоминали об этом.

– Сейчас я говорю о Доне Винтоне. Человеке, который всем руководит. И еще. Его предки – выходцы из латинской страны.

– С чего вы взяли?

– На это указывают орудия убийства. Нож, кислота, бомба. Он латиноамериканец, итальянец или испанец, – Джад глубоко вздохнул. – Вот вам приметы человека, который совершил три убийства и пытается убить меня.

Анджели шумно проглотил слюну.

– Как, черт побери, вы все это узнали?

– Это моя профессия, – Джад опустился на стул.

– То, что касается психики, несомненно. Но вы же дали описание человека, которого никогда не видели."

"– Внешний вид часто связан с психикой. Доктор Кречмер в своих работах показал, что восемьдесят пять процентов мужчин, страдающих шизофренией, высокого роста и хорошо сложены. Наш человек, несомненно, шизофреник. Кроме того, у него мания величия, он считает, что законы общества его не касаются.

– Но почему обо всем этом не стало известно гораздо раньше?

– Потому что он носит маску.

– Что-что?

– Мы все носим маски, Анджели. Как только мы вырастаем из пеленок, мы учимся скрывать свои истинные чувства, маскировать страх и ненависть. Но, находясь в состоянии стресса, Дон Винтон сбрасывает маску и показывает свое истинное лицо.

– Я понимаю.

– Самое уязвимое место этого человека – его эго. Если ему что-то угрожает, действительно угрожает, он сойдет с ума.

Он слишком близко от черты, отделяющей здоровую психику от больной. И не требуется большого усилия, чтобы заставить его перейти эту черту. – Джад задумался, а затем продолжил, будто разговаривая с самим собой:

– Он обладает «мана».

– Чем?

– «Мана». Так дикари характеризуют человека, который может подчинять других своей воле. Якобы благодаря находящимся в нем демонам.

– Вы сказали, что он не рисует, не пишет книг, не играет на музыкальных инструментах. Как вы узнали об этом?

– Мир полон художников, писателей, музыкантов, больных шизофренией.

Большинству из них удается пройти по жизни без насилия, потому что их творчество является тем клапаном, через который они могут сбросить внутреннее напряжение. У нашего человека такой возможности нет. Он как вулкан. И единственный остающийся выход – извержение: Хансен, Кэрол, Моуди.

– Вы хотите сказать, что это просто бессмысленные убийства, совершенные, чтобы…

– Для него они не бессмысленны.