Но все вышло, как всегда, через одно место, — наверное, в такой ситуации неуместно улыбаться, но делаю я именно это. — А ты, значит, готовилась.
— Ага. Даже упаковку презервативов купила в аптеке и не сгорела со стыда. Хотя фармацевт, как специально, взяла и переспросила громче чем стоило. Дура.
На мой комментарий Кротов усмехается и тянется за флаконом. Наливает на руку гель для душа и берет мои ладони. Намыливает их, стирая грязь. Сейчас я впервые чувствую, как саднит кожа, так как на левой ладони оказывается есть ссадины.
— Ну, если уж ты их сама купила вместо напальчников, тогда все. Однозначно мы переходим на новый уровень. Гуляем.
— Ага. Только у меня их больше нет. Они покоятся где-то на дороге, куда их выбросил Савицкий, — вот зачем я это ляпнула? Ну не дура ли? — Я не это имела в виду. Он просто разозлился, когда нашел их в моей сумочке, треснул меня упаковкой по лицу и выбросил в окно. Но он меня не трогал. Ну, в другом смысле, — опускаю взгляд на его грудь, не в состоянии придумать что-нибудь, что унесет меня подальше от этой темы.
Все звучит крайне убого. — А вообще, я тщательно готовилась к встрече и была красивее, чем сейчас, — ляпаю очередную ерунду, которая приходит на ум.
— Да ты и сейчас красивая, только малость зареванная.
— Гормоны шалят, — пожимаю плечами, поднимая на него взгляд. И тут же закрываю глаза, подставляя лицо под воду.
Он прижимает меня к себе за талию, и я только сейчас осознаю, что я не просто стою перед ним голая. Я касаюсь его грудью.
Впервые за свои почти двадцать два года прижимаюсь к кому-то голой. Эта мысль меня не страшит, а почему-то забавляет. Но как только Даня прикасается к моим губам, веселье улетучивается в неизвестном направлении. Мне не то, что бы больно, но губу жжет. Поняв это, он отстраняется. Вдвойне обидно, что теперь даже не поцеловаться.
— Прости, — произносит еле слышно под звук льющейся воды и разворачивает меня к себе спиной. Убирает мои мокрые волосы на бок и целует в шею. Вновь тянется за гелем для душа и щедро наливает на руки.
Проводит ладонями по моей шее, плечам. Последние он массирует особенно тщательно. Ловлю себя на мысли, что сама жмусь к нему спиной. И желаю, чтобы он трогал меня везде. Так и хочется сказать вслух «прекрати деликатничать», но не успеваю. Чувствую, как его ладони перемещаются на грудь. Это не поддается здравому смыслу и наверняка ненормально — хотеть чего-то такого, после случившегося. Но я хочу. Действительно хочу.
