И предоставили комплекты воинского снаряжения по количеству убитых да раненых.
287 степных и 312 янычарских.
Первые состояли из кольчуги, шлема, сабли и саадака. Вторые – из сабли да фитильной аркебузы.
Довольно прилично. Однако даже беглый осмотр показал – им сбагривали худшее, что имелось в войске."
"Впрочем, молодой сотник не грустил. Даже напротив – он чуть ли не прыгал от радости. Ведь теперь получалось, что он мог выдать защитное снаряжение всем стрельцам. Хотя вида не показывал, кривя роже в недовольной мине…
Так, за возней, время и подошло к вечеру.
– Ну что? Пора уходить. – произнес Вишневецкий. – Скоро стемнеет. Вот по темноте и пойдем.
– Пора, – с кислым лицом согласился Андрей.
– Ты, я вижу, не рад.
– Нет. Не рад.
– Завтра татары почти наверняка уже будут на этом берегу. И закроют нас тут. А это – конец. Здесь нас всех и положат.
– Пороха для наряда у них более нет, – заметил Андрей, указывая на то, что боеприпасы османских фальконетов молчат не просто так.
– Да причем тут они? Они навалятся на нас с двух сторон и все – раздавят.
– Вокруг нас – засека. Не пролезть.
– Растащат. Конями.
– А если мы будем при этом постреливать? Сунутся ли?
– День-два-три… – пожал плечами князь, – рано или поздно они нас тут всех положат.
– А если ли у них эти два-три дня? Обоза – нет. Запасов еды – тоже. Сколько у них с собой ее? Скоро собственных коней начнут жрать. А ведь до Крыма далеко. Ой как далеко. Кроме того, каждый день, что мы тормозим их – обоз уходит дальше.
Еще день-два и татары его уже не догонят.
– Они его уже догонять не будут. Да и не из-за обоза ты не хочешь уходить. Ведь так?
– Так. Постыдно отступать. Там, на Любовшане не удержать было брод. А тут – почему нет? У нас все еще четыре сотни стрельцов. И ныне их в кольчуги обрядили всех. Моя потрепанная сотня все еще сильна. Твои казаки тоже готовы к бою. Их, кстати, можно снарядить в кольчуги. Их хватает. У нас тут крепкое войско выходит. С таким отходить – срам. Пули да зелье огненное имеется.
Стрелы – тоже.
– Крепкое войско. Да. Только татар – вон сколько.
– Их сила в нашем страхе.
– Тебе легко говорить! – воскликнул Вишневецкий и начал рядом с ним вышагивать.
– Я предлагаю проверить.
– Что проверить?
– У них увели обоз. Разбили передовой полк на Любовшане. Да еще тут дважды «лицо сломали», которым они к нам сунулись. Я уверен – боевой дух у них ничтожный. Эта армия – колосс на глиняных ногах. Толкни – и он рухнет.
