Сразу по несколько коней в одной запряжке, которые тут же находились, как и кони.
Стрельцы же располагались всей толпой на первой стрелковой позиции, готовые в любой момент открыть огонь по незваным гостям. А чтобы не перепутали со своими, Андрей предложил кричать ключ-слово на подходе.
– Карась! Карась! – орали казаки, подлетая к броду и с брызгами в него влетая.
– Карась! – орали сотенные помещики, поджимавшие их сзади.
И было с чего.
К тому времени, как они вернулись к броду, ханский лагерь уже напоминал растревоженный улей.
Пылающий ханский юрт был виден отовсюду изрядно усиливая панику. Как и крики: «Урусы! Урусы! Урусы!»
Одни только янычаре относительно организованно отреагировали. И бросились к броду с оружием в руках, догадавшись, откуда исходить угроза. Вот их-то и Андрей, и казаки и испугались. Там было больше тысячи стрелков-аркебузиров, которые могли наделать дел, если вовремя не укрыться.
И лишь когда последний помещик, проскочил в проем завала, а кошевые бросились его заваливать, сотник успокоился.
Спрыгнул с коня. И бросился к наблюдательному посту.
Янычаре встали довольно далеко от брода – на самом сухом и почетном месте. После ханской ставки, разумеется. Но из-за этого бежать им пришлось прилично. Что позволило все задуманное провернуть. Если бы они разместились где-то ближе или по ходу следования, Андрей бы не решился нападать. Даже беспорядочный огонь такого количества аркебузиров – смертельно опасная штука.
И вот, наконец, они достигли брода.
– Первый! Товсь! – рявкнул Андрей.
И стоявшие на подножке первого бруствера первой стрелковой позиции стрельцы приложились.
Янычаре затормозили, повинуясь крикам командиров. Видимо их командиры узнали команды. Прямо у воды и затормозили. Замерли на несколько секунд.
А потом начали готовиться к стрельбе.
– Пали! – заметив это скомандовал Андрей.
И первая сотня дала залп. Далековато, но сойдет.
– Второй! Товсь! Пали! – и вторая сотня, со второго бруствера, дала залп в силуэт толпы янычар, который был различим на фоне огней ханского лагеря.
Те, несмотря на потери, ответили. Довольно массово. Устроив целую трескотню выстрелов. Только вот пули все эти летели либо в бруствер, либо еще куда-то. Но уж точно не в стрельцов. А когда янычары на время «замолчали», сотник скомандовал:
– Третий! Товсь! Пали! – и третья сотня с первого бруствера первой стрелковой позиции ударила залпом в янычар. Андрей поставил по две сотни за каждым бруствером первой позиции.
