Не так ли? Или ты осуждаешь людей за победу? Может быть тебе по душе пришлась бы победа татар?
– Будь осторожнее со словами, – нахмурился воевода."
"Он, по существу, не знал, как себя вести с Андреем. С одной стороны, Царь одаривал его так, словно природного князя. С другой – почему-то держал тут, в Туле и не признавал открыто.
– Друзья, давайте оставим рознь и недовольство в стороне. Полк – победил. А значит нужно закрепить успех и развить его. Чтобы и в дальнейшем бить супостатов.
– И что ты предлагаешь? – осторожно спросил Дмитрий.
И Андрей предложил.
В принципе – очень разумные и правильные вещи. Беда была лишь в том, что они требовали старшин напрягаться. Особенно сотников. Раз. И два – нуждались в заметных финансовых вливаниях.
Как Андрей и предполагал, сотники не поддержали его предложения. И ладно бы деньги. В конце концов этот вопрос был дискуссионный и решаемый. Особенно после столь славной победы. Главная проблема заключалась в том, что парень предложил сотникам нехило так напрячься и потрудиться.
А это было совсем уж за гранью… Его расчет базировался на том, что человек – ленивая жопа. И в большом спектре ситуаций он постарается выбрать ту стратегию, при которой он ничего делать не будет. А если и станет что-то делать, то привычное и понятное. Причем как можно меньше и желательно чужими руками[2]. А уж если эти все гипотетические усилия практически ничего не дадут лично ему, то и подавно. Поэтому он и предложил руководству полка реформы в этом ключе, будучи практически уверен в том, что никто из них не согласится.
Ну или хотя бы их большая часть.
Так или иначе, но все его предложения отвергли. Все. Даже те, что выглядели очень легко достижимыми. Слишком уж специфически Андрей построил общую логику своего выступления. И не только отвергли, но и намекнули парню чтобы он сидел тише, так как у него судьба на волоске висит, а не занимался столь крутыми переменами.
Андрей немного для вида поругался.
Даже пару раз вспылил, благо, что дать волю эмоциям было не сложно. Ибо возражения выглядели откровенной чушью. После чего вроде как психанул и ушел с собрания, хлопнув дверью.
– Может мы зря? – спросил один из сотников, махнув рукой в сторону двери.
– А чего зря? – повел бровью другой.
– Князь как-никак.
– Да брось! Царь его не признал. Какой же он князь?
– Царь его как раз признал, – кашлянув в кулак, возразил воевода.
