– Всё одно, ловко у тебя получилось. Тот полковник ажно растерялся, – продолжал смеяться Роман. – Небось, думал, мы вскочим да во фрунт вытягиваться станем. А он ему – «присаживайтесь, ваше высокоблагородие, в ногах правды нет».
Весь десяток поддержал Романа дружным ржанием, а Матвей, усмехнувшись, только головой покачал, понимая, что мужики так просто сбрасывают нарастающее беспокойство.
* * *В этом лагере они простояли два дня. За это время подошли отряды из других станиц, так что к выходу на торговом поле стояло почти пять сотен бойцов.
Несмотря на постоянную настороженность Матвея, никаких особых происшествий в десятке не случилось. Соседи только пристрелили двух конокрадов и выпороли до полусмерти какого-то воришку, пытавшегося залезть в обозную телегу.
Патрулировавшие вокруг лагеря полицейские, глядя на эту экзекуцию, только крякали и головами качали, понимая, что отбить или хоть как-то повлиять на процесс не в состоянии. Получив полумёртвое тело вора, они погрузили его в заранее вызванную телегу и отправили с ближайший лазарет.
Глядя, как наказывают вора, Матвей отметил про себя, что ни злости, ни презрения у казаков не было. Они просто делали работу.
Посмел сунуть руку не к своему, получи. А уж выживешь ты после или нет, твоя проблема. Не нужно было лезть, куда не просят. Мысленно подивившись такому открытию, он вернулся к десятку, а через два часа был вызван к подъесаулу. Стремя собрал у своего костра всех командиров и, рассадив их, представил сидевшего рядом с ним казака.
– Знакомьтесь, браты.
Подъесаул Гамалий Василий. Теперь это командир сотни. Вторую нашу полусотню вы знаете. Мы с ними горцев гоняли. Так что, слушаться, как батьку родного. Все поняли? – Стремя обвёл собравшихся грозным взглядом.
Казаки дружно кивнули.
– Задача у нас какая? – не удержавшись, с ходу спросил Матвей у нового командира.
– А задача, браты, у нас та ещё, – крякнув, заговорил сотник. – Нужно нам совершить марш и через Баку выйти на Тебриз, а от него ажно до Алеппо дойти.
– Ох ни хрена ж себе крюк?! – охнул Матвей, не сдержав эмоций.
– Это ж ажно в Сирии.
– Верно. Там, – удивлённо кивнул сотник. – По всему видать, ты, паря, в школе крепко учился, коль такие вещи на память помнишь.
– В церковной школе первым был, – кивнул Матвей, делая вид, что смущён. – А чего нам там делать придётся? – вернулся он к главному.
– А вот этого я пока и сам не знаю, – вздохнул сотник, которому такое положение вещей явно было не по нутру.
– Ну, Персию мы, пожалуй, пройдём.
