При этом сам Матвей и не думал заниматься чем-то вроде культуризма. Да, регулярные тренировки, работа в кузне и в поле, но никакой качалки. И откуда что берётся? Он и так выделялся среди сверстников ростом, а тут ещё и габариты наросли такие, что хоть в цирк поступай. И при этом на теле его не было ни грамма лишнего жира. Сплошной мускульный каркас.
Обняв жену, он аккуратно подтянул её к себе и, осторожно поглаживая по животу, тихо спросил:
– Как он?
– Толкается, – тепло улыбнулась Катерина, прильнув к мужу. – Не терпится ему.
Или ей. Скорей бы уж. Устала, право слово, – тихо пожаловалась она.
– Потерпи, милая, – вздохнул Матвей, понимая, что ей и вправду тяжело.
Это был уже третий их ребёнок, а Катерина всё ещё продолжала выглядеть, словно юная девчонка. Тоненькой и гибкой. И при этом детей она вынашивала легко, без особых последствий для собственного организма. Даже кожа не портилась, что часто бывает. Глядя на неё, Матвей регулярно вспоминал слова своего высшего покровителя: «Девчонка молодая, здоровая.
Дети от неё крепкими будут». Так оно и выходило.
Двое их сыновей росли крепкими, горластыми и весьма шустрыми. Иной раз даже хотелось, чтобы они оказались малость поспокойнее. Но это только иногда, когда пацаны учиняли очередную шкоду или принимались делить какую-нибудь игрушку.
– А малые где? – вспомнив про отпрысков, поинтересовался Матвей.
– Да гдесь по улице гасают, – отмахнулась Катерина. – Их же дома не удержишь. Ништо, оголодают, сами прибегут.
– Святослав ножи с собой не брал? – озадачился Матвей.
– Вроде нет. Так побежал. А чего? – насторожилась Катерина.
– Не хочу, чтобы он их ради хвастовства с собой таскал.
– А неча было дарить. Говорила, рано ещё, – тут же поддела его жена.
– Опять за своё? – насупился Матвей. – Сказано, вои у нас растут, а не крестьяне лапотные.
– Не серчай, Матвейка, – тут же включила Катерина заднюю. – Ну, я ж баба. А какая баба за чадо своё не волнуется?
– И я волнуюсь. Потому и начал его так рано к оружию приучать. Тут ведь как. Чем быстрее он привыкнет с оружием ходить, тем раньше оно ему родным станет.
Вроде как руки продолжением. Тогда он и сам защитится и других защитить сумеет. А от службы ему всё одно не уйти.
– Да уж, судьбина наша такая, – вздохнула Катерина, снова прижимаясь к мужу.
– Вот-вот. Я потому и хочу, чтобы они науку воинскую с младых ногтей понимали. Тогда, глядишь, и сумеют всякие неприятности пережить, – поспешил добавить Матвей. – Так сказать, с дальним прицелом смотрю.
