Сотрясающий землю

Внутреннее убранство соответствовало внешнему виду – повсюду стояли изящные фарфоровые вазы, резные ширмы из красного лакированного дерева, на специальных постаментах сидели позолоченные статуэтки божков. На стенах висели флаги, в темных углах большого зала, в нишах, располагались мягкие диваны красного цвета, в центре помещения стояли небольшие столики с миниатюрными светильниками.

У парадного входа в ресторан Никиту, Гордея и сопровождающего их Канто встретил степенный метрдотель в строгом черном костюме.

– Добро пожаловать в «Шелковый путь», – важно изрек он с едва уловимым акцентом. – Могу я предложить вам столик?

Никита взглянул на своих спутников. Гордей повернулся к Канто. Старик кивнул головой.

– Подкрепиться никогда не помешает, – сказал он.

– Желаете оставить пальто в гардеробе? – важно спросил метрдотель."

"Никита посмотрел на Канто, вырядившегося в длинное темно-коричневое пальто. Сам он оставил пуховик в машине Гордея, Лестратов был в толстом свитере и джинсах.

– Старые косточки постоянно мерзнут, – жалобно проскулил старичок, поглядывая на метрдотеля, как побитая собачонка. – Без своего пальто я и минуты не выдержу!

Метрдотель смерил его ледяным взглядом, но ничего не сказал. Видимо, привык уже к причудам клиентов. Он лишь хмуро кивнул и провел их в центр зала. Посетителей в столь позднее время в ресторане оказалось немного, и все они были азиатами.

– Как мы их здесь найдем? – спросил Никита кицунэ, когда метрдотель удалился на приличное расстояние.

– Терпение, друг мой, – сказал Канто. – Спешка никогда не приводит ни к чему хорошему.

Он огляделся в поисках официантов. По залу семенили молоденькие девушки в шелковых китайских платьях с коротким рукавом. Старик сделал знак одной из них, и она тут же поспешно приблизилась.

– Прошу меня извинить, – с поклоном произнесла девушка. – Я должна принять заказ у клиента, который пришел раньше вас. Но если вы немного подождете, я пришлю вам другую официантку.

– Конечно, без проблем, – улыбнулся Гордей.

Девушка так же бесшумно удалилась.

– А вы правда оборотень? – спросил Никита у пожилого японца.

– Правда, – кивнул Канто. – Потомственный.

Гордей укоряюще взглянул на Легостаева:

– Что за вопросы?

– Извините.