Совдетство. Школьные окна

Это страшно злило отца, ведь до той поры он был единственным мужчиной, за которого маман писала контрольные. Тимофеичу пришлось поступить в техникум, чтобы догнать дипломированную жену.

– А тебе отдельное приглашение требуется? – рявкнул на меня отец.

Пришлось подчиниться. Обычно предки спокойно относятся к тому, что я допоздна читаю под одеялом, но иногда начинают нервничать, браниться, мол, я безответственно порчу смолоду свое зрение, отнимают у меня книжку и фонарик. Но моя дальнозоркость тут ни при чем, а психуют родители совсем по другой, хорошо известной причине, хотя они почему-то уверены, будто подростки не ведают, откуда берутся дети.

Чукчи!

Некоторое время я лежал, накрывшись с головой, перебирая в памяти минувший день, все случившееся казалось нелепой и злой фантазией. Я иногда от скуки придумываю разные страшные истории. Но такое мне даже в голову не приходило! Теперь самое главное, чтобы Серый и Корень про меня ничего не сказали Антонову… Иначе…

– Сынок, как ты сказал новый фильм называется? – участливо спросила Лида.

Это проверка. В ответ – молчание. Зачем мучить предков? Им завтра на работу. Под мерный скрип родительской кровати я и уснул.

Не знаю, как у вас, а у меня, когда я просыпаюсь, часто вертится в голове какая-нибудь популярная мелодия, слышанная по радио или по телевизору, и не обязательно накануне, иногда давным-давно. В то утро я открыл глаза и услышал внутри себя песню про мальчишек, ее часто исполняет Лев Барашков:

Я нежился в постели, и все, что со мной приключилось вчера, казалось страшным сном, оставшимся в глубинах сладкого ночного провала.

За окном брезжил сумеречный рассвет. Ходики показывали без пятнадцати восемь – пора вставать. Родители ушли. Тимофеич всегда собирается неторопливо, молча, почти бесшумно, порой сквозь дрему я слышу, как скрипит безопасная бритва по его намыленной щеке. Он никогда не опаздывает, убывая на завод ровно в семь. Лида же мечется, причитает, всхлипывает и всегда захлопывает за собой дверь с воплем: «Не успе-е-ею!», хотя до завода два шага. Но сегодня она умчалась на Шелепихинский филиал, а это такая даль, куда Макар телят не гонял. Давным-давно, чтобы не оставлять в каникулы первоклашку одного дома, она взяла меня с собой на филиал, пообещав угостить новинкой производства – шоколадным маргарином. Ничего особенного: «Золотой ярлык» в чистом виде гораздо вкуснее. Но меня поразило, что корпуса завода стоят на берегу Москвы-реки, не обрамленном камнем.