Совершенные

Но если верить видению, Опиум попадет в руки прорицательницы в день, когда Август убьет хозяйку этого крысеныша.

Я нахмурилась, вспоминая слова Ирмы. Что она бормотала, прячась за своей траурной вуалью? Признаться, тогда я не слишком ее слушала! Но провидица была уверена, что увидела убийцу-чудовище с окровавленным оружием, и этим чудовищем был Август.

Когда настанет день видения? Сколько лет должно пройти до этого события? Я знала лишь одно: к тому времени белая шкурка Опиума покроется пятнами, словно лист от брызнувших из ручки чернил.

А может, Ирма и вовсе ошиблась в своем пророчестве? Может, это была лишь галлюцинация, вызванная дурманом?

Но крысёныш не был иллюзией, он-то был самым настоящим…

Как не пытаюсь я отрицать, но Аманда права. У меня нет причин, чтобы верить Августу. Чтобы доверять ему. Все, что я о нем знаю, просто вопит: держись от этого парня подальше!

И единственным аргументом «За» выступают всего лишь мои… чувства. Глупые, странные, непонятные даже для меня самой.

"

"Что-то случилось со мной в прОклятой чайной «Клевер и роза». Что-то случилось, когда я зашла в мужскую уборную и посмотрела на парня, который пытался отмыть сутану от клюквенного морса. И лишь это «что-то» заставляло меня снова и снова звать тень-воспоминание, заставляло искать Августа, и верить ему, несмотря на страх. Верить человеку, который меня отверг, и для которого любое проявление чувств – грязь и скверна!

И все же… Он пришел, когда я позвала. И сидит сейчас здесь, несмотря на все мои злые слова, несмотря на собственную усталость.

Я ведь вижу, как плохо он выглядит! Где-то в лесу, уставший, голодный, замерзший! У Августа точно есть заботы поважнее, чем мое утешение!

И все же, он пришел.

Так разве этого недостаточно?

– Расскажи, что случилось, Кассандра, – произнес Август и я вдруг ощутила, как кулак, сжавший сердце, исчез, а внутри стало теплее и легче. У меня все-таки есть тот, кто скажет, что я справлюсь. Скажет без слов, одним своим присутствием.

Кто будет рядом, даже если вокруг рычат дикие звери или шипят ядовитые змеи. Тот, кому я каким-то невообразимым образом по-прежнему верю.

Он со мной, здесь и сейчас. В безумном мире, в свете умирающего солнца, в тени падшего ангела.

Враг, которого не получается ненавидеть.

Я покачала головой, зная, что не могу сказать ему. И тихо произнесла:

– Я тоже рада, что ты жив, Август.

Эпилог

Темные скалы тонут в сумраке ночи.