Делать нечего, поднимаюсь на трибуну и становлюсь рядом с Цербером.
— Многие из вас слышали о нем, но видели лично единицы. Позвольте представить вам — Сергей Асов. Сергей, скажи пару слов.
Максимально убийственным взглядом смотрю на Цербера, а потом перевожу взгляд на собравшихся здесь людей. Сколько же их тут… тысячи, даже десятки тысяч. Охренеть сколько собралось их здесь! С трибуны открывается совсем другая картина по сравнению с тем что я видел идя сюда. И она пробирает для глубины души, ведь все эти люди сейчас смотрят на меня.
Под моим взглядом они сразу же начали как-то затихать. Неужели он так сильно действует на них? Прислушиваюсь к себе, своим эмоциям. Кажется, все в целом терпимо, ничего подозрительного — желания прикончить здесь всех или сбежать, или сотворить еще какую-нибудь хрень, нет. Может и в самом деле обойдется и меня не переклинит в самый неподходящий момент?
Но да ладно, меня сейчас больше волнует другой вопрос — что мне, блин, говорить? И ведь абы что не скажешь… А в голове как на зло полная пустота, ни одной хоть немного толковой идеи.
— Сергей, речь подготовлена, вывела тебе на глаза, просто читай. — произнесла Арти, а перед взглядом появились строки текста.
— Моя месть будет страшной. — тихо шепчу, наклонившись к Церберу, и потом выпрямившись говорю уже громче, читая подготовленный нейросетью текст. — Рад, всех вас здесь приветствовать…
И так три минуты — о том, что сделано, о том, что будет… и еще о много чем. Я столько не говорил уже очень давно.
Как ни странно, но похоже моя речь пришлась по душе присутствующим здесь людям. В конце они даже разразились бурными овациями.
Закончив же наконец свою речь, схожу с трибуны.
— А теперь рассказывай, зачем все это было нужно. — обращаюсь к Арти, слушая краем уха что говорит Цербер на трибуне.
— Многие в Освобождении слышали про тебя, но все на уровне слухов. Нужно было показать тебя людям.
— Нахрена? Все и так было нормально.
— Ты важная часть Освобождения и лучше бы людям не забывать об этом.
— Что случилось? — спрашиваю, поняв, что все не так просто.
— Стали возникать кое-какие вопросы по поводу дроидов, Стаи, тому что ты делаешь и чем обладаешь. Теперь все вопросы отпадут. Ты на самом деле существуешь и это все решает.
— Так просто?
— Так просто. Зачем все усложнять?
— Но подожди, я же постоянно сталкиваюсь с разными людьми. Меня знают.
— Где? В основном только в Москве. А Освобождение большое. Нужно было чтобы ты публично заявил о себе.
