Совершенство

Судя по взгляду, он прекрасно понимает, какое впечатление производит на меня и умышленно смущает своим голосом, прикосновениями и недвусмысленными намеками. Это немного отрезвляет:

— Такие скульптуры и помимо Шадра кто только не ваял.

В голове мигом всплывают нужные знания о творчестве скульпторов советского периода. Рассказы о критике и неодобрении этих «девушек с веслами». О претензиях к эротизму и излишней стилизованности. В период пубертата я любила спорить с отцом об архитектуре, строительстве, творчестве скульпторов и художников и многом другом.

До того, как он решил, что дочь ему не нужна.

— Согласен. Но только он изображал девушек без одежды, милая, — мурлычет Нестеров, незаметно для меня приближаясь. — Поэтому именно его скульптуры такие запоминающиеся, согласна?

Осознаю, что моя рука со сжатым в ней веслом касается его горячей груди. После заявления Марка в голове сам собой возникает образ обнаженной девушки, стоящей перед одетым мужчиной, что смотрит на нее с нескрываемым вожделением.

Легко касается кончиками пальцев ее лица, потом спускается ниже, к груди, лаская тяжелые полушария, ведет подушечками по светлой бархатной коже, спускаясь к низу живота.

Внутренности скручивает в тугой горячий узел, потому что я вижу на месте этой девушки себя, а на месте мужчины — его. За свою жизнь я наслушалась скабрезных шуточек и намеков, но почему-то только в исполнении Марка они так цепляют. Всё его гипнотизирующий голос, будь он неладен.

Фыркаю возмущенно и бросаю шафт, будто он заразный.

Отскакиваю от Нестерова, словно он тоже. Марк усмехается, довольный произведенным эффектом, а выбирающиеся на берег Лера и Никита избавляют меня от необходимости продолжать этот странный разговор.

Вскоре мужчины, надев маски и трубки, отправляются на охоту за ни о чем не подозревающими морскими жителями. У них новое соревнование — кто больше соберет, а мы с Дубининой, усевшись на сапборды, ждем на берегу.

Лерка что-то щебечет о погоде, о море, о разновидностях морских ежей и гребешков, а я погружена в собственные мысли, из которых никак не получается выкинуть Нестерова.

Такого невыносимого и такого интригующе-притягательного, что рядом с ним захватывает дух.

«Эй, Земля вызывает Милашечку! — доносится с плеча приглушенный голосок чертенка, напялившего на рогатую голову шлем от скафандра. — Ты с ума сошла? Если так дальше пойдет, то по возвращению в город я тебя сам к психологу отведу.